Мария сложила смятые газеты, растопку и три полена в камин, облицованный плитняком, думая о том, что эти камни могли быть добыты в верховьях реки. Жившие там индейцы пеко выменивали камень у местных племен на рыбу и моллюсков.

— Можно мы что-нибудь поджарим? — спросил Саймон.

— Что, например? — поинтересовалась Мария, жалея, что не запаслась зефиром, который дети любили жарить над огнем.

— Сосиски! — воскликнула Фло. — На палочках.

— Но ведь мы уже поужинали, — сказала Мария. Казалось, дети были вполне довольны курицей в горчично-медовом соусе, поданной на ужин.

— Но мы все равно хотим поджарить сосиски, — твердил Саймон.

Мария достала из холодильника три сосиски, а он тем временем нашел три веточки нужной длины, очистил от листьев и заострил концы.

Они уселись по-турецки на пол перед огнем. Лампы в комнате были потушены. Все молчали, сосредоточившись на своих сосисках, которые нужно было поджарить до ровного золотисто-коричневого цвета.

— О нет! — воскликнула Фло, когда ее сосиска соскользнула с палочки в огонь.

— Бывает, — сказал Саймон.

— На, возьми мою, — предложила Мария. Она обняла племянницу одной рукой и показала ей, как правильно держать палочку, слегка приподняв кончик. Потом Мария пошла в кухню за еще одной сосиской.

— Концом вверх, всего и делов, — услышала она голос Саймона. Его тон был на удивление добрым и мягким; Мария остановилась в темном дверном проеме между кухней и гостиной, наблюдая за детьми.

Их спины были слегка сгорблены, расслаблены, оба удобно устроились, скрестив ноги, колено Саймона лежало на колене сестры.

— А как определить, когда готово? — спросила Фло.

— Все время крути ее, пока она не станет одного цвета, — ответил Саймон.

— Моя уже черная, — сказала Фло. Однако когда она попыталась поднести сосиску поближе к глазам, чтобы рассмотреть, та снова упала в камин. — О, нет! — опять воскликнула девочка.

На этот раз Саймон засмеялся, и Фло засмеялась вместе с братом. «Неужели они всегда так ведут себя, оставаясь наедине?» — подумала Мария. Когда она вошла в гостиную, неся в руках новую порцию сосисок, дети весело возились на ковре. Саймон держал в руке одну удачно приготовленную сосиску.

— Может, поджарим еще одну парочку? — спросила Мария.

— Конечно, — ответил Саймон, вставая на ноги, по-прежнему с улыбкой на лице. Теперь все трое держали палочки над огнем, а готовые сосиски сдвигали на другой конец и периодически откусывали их.

— О, нет! — вскричала вдруг Мария, глядя, как ее сосиска соскочила с палочки и оказалась в золе. Они расхохотались так, что у Саймона началась икота.

— Уверены, что у вас не болят животы? — спросила Мария, укладывая детей в кровати.

— Нет, было весело, — сказал Саймон.

— Я бы съела еще две, как минимум, — добавила Фло.

— Что вам почитать на ночь? — спросила Мария, пробегая глазами по книжной полке.

— Давайте рассказывать страшные истории, — предложил Саймон.

В Перу Мария слышала несколько местных легенд, но от них волосы вставали дыбом, и они совсем не годились для детских ушей. Она вспомнила истории из собственного детства: про затонувшее каноэ, полуночный костер, ожерелье из могилы, — все эти случаи якобы произошли на островах Духов. Правда, они тоже были достаточно жуткими, и Мария решила не рассказывать их племянникам.

— Я знаю хорошую историю, — сказал Саймон.