— Привет, тетя Мария, — сказал Саймон, когда она подошла к ним вплотную.

— Привет, мои дорогие, — отозвалась она, не пытаясь их обнять. Ей не хотелось смущать детей перед их товарищами. Поскольку дети могли подумать, что она принесла какие-то недобрые известия, Мария решила успокоить их.

— Я как раз проезжала мимо школы, — сказала она, — вот и решила зайти. Я ведь тоже здесь училась. Оказывается, в дождливые дни здесь по-прежнему жарят попкорн.

— Да, — ответил Саймон.

Фло молчала. Она смотрела в пространство, старательно избегая встречаться глазами с Марией.

— Фло? — обратилась к ней Мария. — Может быть, поздороваешься?

Та медленно перевела взгляд на тетку и несколько секунд неотрывно смотрела на нее. Кожа девочки была бледной, как будто она простудилась. Софи одевала ее по-прежнему аккуратно: на Фло был красный комбинезон и голубая водолазка. Косички были перевязаны бантиками из толстой желтой пряжи.

— Привет, — сказала Фло и снова уставилась вдаль.

— Почему вы не играете? — поинтересовалась Мария. Никто из детей ей не ответил. — Так почему? — настаивала она.

— Мы не хотим, — ответил Саймон.

— А ты, Фло?

— Мы не хотим, — повторила девочка.

— Жаль. Большая перемена была моим любимым временем, — сказала Мария, покривив душой в попытке скрыть охватившую ее тревогу.

— Мама не хочет, чтобы мы с тобой разговаривали. И папа тоже, — с усилием выговорил Саймон.

— Я этого не понимаю, — заметила Мария. — Я люблю вас. Родители объяснили вам причину?

— Потому что ты хочешь навредить нашей семье, — ответил Саймон. — Ты хочешь, чтобы нас забрали у родителей, — грустно закончил он.

— Саймон, все совсем не так, — сказала Мария.

— Нам пора идти. Мы не можем с тобой больше разговаривать. — Саймон подтолкнул Фло, она споткнулась. Мария подхватила ребенка, и на какое-то мгновение Фло прижалась к ней.

— Убери от нее руки, сука, — сказал Саймон.

— Саймон! — воскликнула Мария, шагнув вперед, к своему десятилетнему племяннику. Однако он отступил назад, потянув за собой Фло.

Не размышляя, одним движением Мария схватила Фло за руку и подняла длинный рукав водолазки. Жемчужно-белая кожа девочки была покрыта синяками. Фло заплакала.

— Отлично, — бросил Саймон Марии тем же голосом, каким говорил его отец. — Видишь, что ты наделала? — Они с сестрой бросились бежать.

Мария стояла, не двигаясь, и смотрела им вслед. Она знала, что должна обратиться к учительнице Фло, к директору или школьной медсестре, но вместо этого побежала по лестнице вниз, выскочила через северную дверь на парковку и застыла, стоя среди машин, под проливным дождем.

Глава 17

Облака, собравшиеся над Хатуквити за эту неделю проливных дождей, никак не хотели расступаться. От низкого давления у Марии постоянно болела голова; кроме того, тучи казались ей предвестниками беды. Она позвонила в школу и поговорила с учительницей Фло и директором. Казалось, ее звонок принес им облегчение.

— Я рада, что семья обеспокоена этой ситуацией, — сказала директор школы миссис Кэннон. — Мы очень тревожимся за Фло и Саймона.

— Тогда почему вы ничего не предпринимаете? — спросила Мария. Успокаивающий дружеский тон директора взбесил ее.