Она включила прожектор и направила шлюпку к берегу, выбралась из нее и по жесткой траве зашагала к своему дому. Мысли перескакивали с Дункана на Софи, потом на индианку, лежавшую в могиле на острове Подзорной трубы. Подняв глаза на небо, она внезапно поняла, что ее чувства к обеим женщинам до странности похожи: она горевала и сопереживала им из-за тяжких испытаний, которые выпали на их долю.

Очутившись дома, Мария приготовила себе чашку чаю, задернула занавески и села на диван в гостиной. Она представляла себе, что Саймон и Фло поселились у нее, а их родители уехали куда-то далеко, чтобы разобраться в собственных проблемах. Сейчас дети спали в своих комнатах наверху, а Дункан, их новый дядя, ждал Марию в спальне. При этой мысли Мария улыбнулась. Неужели и вправду она, археолог, объездивший весь мир, мечтает сейчас о муже, детях, доме в Хатуквити?

Однако она тут же вернулась к реальности: Фло и Саймон не были ее детьми, а Дункан — мужем. Он был женат на другой женщине. Она отнесла пустую чашку в кухню и уже поднималась по лестнице наверх, когда зазвонил телефон.

— Алло? — сказала Мария.

— Это я, — прозвучал на том конце тихий голос Софи.

— Я как раз думала о тебе, — произнесла она, но сестра, не ответив, тяжело дышала в трубку.

— Софи? — спросила Мария, встревожившись. — Что случилось?

— Успокойся, пожалуйста, — негромко промолвила Софи. — Ты не могла бы приехать ко мне? Прямо сейчас. Я только что убила Гордона.

Софи ждала Марию на подъездной дороге. В доме на первом этаже горели почти все огни, словно там проходил праздник. Какое-то время сестры стояли в нескольких шагах друг от друга. Мария смотрела на красные потеки на щеках и груди Софи.

Спереди ее свитер был весь пропитан кровью. Когда Мария обняла сестру, та словно застыла.

— Все будет хорошо, — сказала она, отступая от Марии и потирая правое плечо и руку.

— Ты ранена? — спросила Мария.

— Я в порядке.

— Что случилось?

— Я уже позвонила в полицию, — произнесла Софи, словно не слыша вопроса Марии. Она как будто что-то сверяла в уме. — Я хотела убедиться, что ты уже едешь и что ты заберешь Фло и Саймона к себе. Они наверху, собирают вещи. В школу им завтра не нужно.

— Что случилось? — повторила Мария.

Софи посмотрела в сторону гаража, потом снова на сестру.

— Да скажи мне! — воскликнула Мария, встряхнув Софи за плечи. От прикосновения Софи вся скорчилась и внезапно повалилась на дорогу, сжавшись в комочек. Возможно, поступок Марии напомнил Софи то, что делал с ней Гордон: Мария пожалела, что так получилось. Она склонилась над Софи и попыталась обнять ее, но, когда прикоснулась к правой руке сестры, та снова отпрянула.

— По телефону ты сказала, что убила Гордона.

— Убила, — ответила Софи, всхлипнув. — Это был несчастный случай. Он выскочил прямо перед моей машиной.

Мария почувствовала, как внутри затеплилась надежда; если это не было убийством, сестре не придется сидеть в тюрьме.

— То есть ты не хотела этого делать? А где это случилось?

— Вон там, — сказала Софи, указывая рукой на свою машину, припаркованную на обычном месте перед гаражом. Из-за яркого света на первом этаже дома Мария не сразу ее заметила. Однако то, что она приняла за тень китайского клена, в действительности оказалось ногой Гордона.

— О, Гордон, — простонала Софи. Мария медленно подошла к телу Гордона. Его верхняя половина скрывалась под днищем машины, выступали только ноги. Мария склонилась над телом и увидела, что левое переднее колесо проехало по его груди.