— Я не сомневаюсь, — с явно слышимым скепсисом в голосе проговорил я. — Но, в целом, хочется, чтобы у вас всё получилось. Если что, я не против.

— Спасибо! — ответили они обе в один голос и практически с одинаковым восхищением, а Дарья потом ещё добавила: — А мне с этого ещё и неплохой куш перепадёт, так что спасибо тебе вдвойне! Но вы не думайте, я для нашей девочки тоже выбью вознаграждение на зависть мировым поп-звёздам!

И Дарья упорхнула разговаривать со Строгановым. Мы же остались с Силиконой наедине.

— Если ты это делаешь из чувства страха или скуки, то не стоит. У меня для тебя кое-что есть. — Я словно заправский фокусник вынул из кармана пиджака пропуск на Олимп и отдал его орчанке. — Ты хоть сегодня можешь отправиться домой и вернуть себе прежний облик.

— Знаешь, Ранди, ты сильно изменился, — задумчиво разглядывая меня, произнесла Силикона. — Сейчас ты уже не тот эгоистичный засранец, которым был до ссылки. Я приятно удивлена твоей заботой.

— Не переживай, это временная опция. Вернёмся на Олимп, и всё будет как прежде, — улыбнулся я.

— Спасибо тебе за пропуск, но я, пожалуй, останусь! Во-первых, рядом с тобой нескучно! Во-вторых, я уже пообещала Даше, да и благодати на таком мероприятии можно собрать немеряно! Только представь, — она встала с кресла и принялась прохаживаться модельной походкой, — единственная во всём мире, неподражаемая, блистательная и божественно прекрасная мадемуазель Селина! И всё восхищение мне одной! Ну грех же не воспользоваться! А, в-третьих, Дзен нам частенько вещал, что нужно быть ближе к своим верующим, жить с ними одной жизнью, понимать их желания и надежды, а мы всё больше развлекались на Олимпе. Я тут подумала, может, стоит послушать его…

«А я приятно удивлён наличием мозгов у тебя», — пронеслась в голове шальная мысль, но я решил оставить её при себе и лишь неопределённо пожал плечами.

— Ты не против, если я у тебя погощу до окончания ссылки? — мило хлопая наращёнными ресницами поинтересовалась богиня. Да уж, когнитивный диссонанс мне был обеспечен. Чтобы богиня и спрашивала разрешения? Ни в жизни такого не было. И вот тебе на!

— Нет, конечно! Тут несколько дней осталось, домой вместе вернёмся, — сдержанно улыбнулся я Силиконе.

— Спасибо! — орчанка стиснула меня в своих крепких объятиях. — Я у себя, если буду нужна! Ушла думать над оформлением выставки! — И Силикона исчезла в недрах особняка, напевая себе под нос незнакомую песенку.

— Думай, думай, — сказал я с ехидной усмешкой. — Только не закатывайте всё в пластик и не вкалывайте ботокс.

Дезик хрипло закашлял, что означало смех.

* * *

Дон Гамбино с внучкой Кьярой прибыли под вечер. Мы с Карлито крепко обнялись, и я не мог не заметить, что руки его стали гораздо сильнее. Да и вообще, его уже невозможно было назвать стариком. Просто пожилой господин лет шестидесяти, не больше.

А вот Кьяра выглядела гораздо хуже и походила, скорее, не его мать, нежели на внучку. Она была измождена и смотрела, в основном, только в пол.

— Что с ней? — тихим шёпотом произнёс я, кивая на девушку. — Это всё из-за нападения?

— Да, — ответил тот, разведя руками. — И никто из врачей не может нам помочь. Говорят, что не могут понять, что с ней происходит.

И в этот момент посмотреть, кто приехал, вышел Дезик. Он размеренно ступал лапами по ковровой дорожке, пока не поднял морду и не встретился глазами с девушкой.

Та в свою очередь взглянула на него и замерла в ужасе.

Мне показалось, что я вижу в ней какие-то знакомые черты, но чётко идентифицировать их я не смог. Что-то солнечное, солёное, морское…

Но всё быстро вылетело из моей головы, когда девушка охнула и без чувств рухнула на ковёр холла.