— Слава Рандому, — вторила ей Светка.

И меня даже немного взбодрило. Это не было похоже на оргазм, скорее, на какое-то иное удовольствие, тёплое, душевное, как семейное тепло и искренняя любовь.

Именно поэтому я и не уловил, как всё вокруг нас изменилось. Краски поблекли и выцвели, запахи стали совершенно одинаковыми, а затем и вовсе исчезли.

Дед Озеров замер на ступеньках собственного поместья. Замерли Ксения Альбертовна и сестра Светлана. Замер даже Цербер, потому что принадлежал этому времени.

Замерло само время, перестав биться пульсом в наших сознаниях.

Появился неуловимый флёр, присущий лишь одной-единственной персоне из всего пантеона.

У меня сегодня что, день открытых дверей⁈

— Бабушка Смерть, — взмолился я, поворачиваясь к ней. — Ну почему именно сейчас? Дай ему хоть выпить напоследок!

Глава 21

— Слушай, ссыльнопоселенец, — ответила она по-хозяйски, — если я буду ждать, пока каждый не выпьет, меня Дзен уволит нахрен.

— Да ладно, как он тебя уволит? — я попытался невинно улыбнуться, но получилось очень натянуто. — Он же тебя, наверное, опасается? Ты же и его можешь… того, — я сделал жест рукой, словно серпом траву кошу.

— Не-не-не, — Смерть выставила вперёд руку. Худая — да, но не костлявая, зачем наговаривают? — Я в такие игры не играю. А чётко выполняю положенную работу.

Я пытался хоть как-то тянуть время, чтобы что-то придумать, только вот само оно замерло на месте.

— Слушай, — оглядевшись, я посмотрел на застывшие фигуры рядом со мной. — А научишь время останавливать, а? Годная фишка, смотрю. А то я вечно пытаюсь опоздать, а тут — раз.

— Ты мне зубы-то не заговаривай, — добродушно, но строго проговорила бабушка. — Со временем шутки плохи, сам знаешь. А это можно использовать только мне и лишь по работе. Попробуй успей ко всем умирающим в моей зоне ответственности.

— Ну да, заговариваю, — дальше юлить смысла не имело, поэтому я решил пойти в лоб. — Просто хочу ещё хотя бы дня три деду добыть. Пусть под конец жизни оторвётся.

— Знаешь, что, — Смерть посмотрела на меня весьма серьёзно. — Он не тромб, чтобы отрываться. И вообще, одного я тебе простила, которого ты у меня из-под носа увёл, но двое, это уже — перебор.

— Да не трогал я его, сама проверь! — вскипел я на явное непонимание старушкой ситуации. — Твоя печать, как стояла, так и стоит.

— А что же он у тебя козликом-то горным скачет? — приподняла бровь Смерть, но подошла к деду и проверила свою метку. — И правда не трогал. Только подлечил, чтобы он себя хорошо чувствовал.

— Я же говорю, — разведя руками, я пытался угадать, что же она решит. — Ничего не трогал, так что не спеши. Дай деду ещё три дня. А я в долгу не останусь.

— Так-так-так, — она обернулась ко мне и плотоядно улыбнулась. — А вот это уже интересно, — но тут же снова стала собой — уставшей от переработок бабулей. — Как ты тут освоился? Как мир в целом?

— Мир с особенностями, — отозвался я, припоминая, как Игоря пытались убить, и все эти хитросплетения интриг. — Но прикольный. В плане отдохнуть, поразвлекаться — очень даже. Кстати, есть условия и для барышень сверхбальзаковского возраста. Вроде тебя.

— Я вот сейчас чего-то не поняла, — прищурилась моя собеседница. — Ты меня старой что ли назвал?

— Даже в мыслях не было, — мгновенно соврал я. — Лишь намекнул, что и тебе будет не лишним взять да отдохнуть от трудов своих денёк-другой.

— Да ну, — запротестовала бабушка, но я видел, как у неё загорелись глаза.