Впрочем, ничего сверхъестественного на первом этаже и не предполагалось. Тут клиенты ожидали, пока их примут, выбирали, с кем проведут время, могли перекусить и, в общем-то всё. Остальное пространство занимали помещения под хозяйственные нужды.

Комната музыки с огромным роялем «Steinway» посередине и различными гитарами, в том числе и электро, по стенам. Медкабинет с многочисленным оборудованием, поблёскивающим хромом в свете ярких ламп. Небольшой ресторанчик с отдельной комнатой, предназначенной, видимо, исключительно для питания персонала. Ванные комнаты с гидромассажным оборудованием и даже небольшая сауна.

— Вот это, я понимаю, сервис, — сказал я, всё больше удивляясь тому, что видел внутри.

— Так, на то он и был лучшим борделем в городе, — ответила на это Дарья, которая, вместо того, чтобы показывать мне что-то, сама следовала за мной словно тень. Судя по всему, раньше она внутри не бывала. — Говорят, сюда из самой Москвы приезжали. Хотя, это преувеличение, мне кажется. Что там у них своих жриц любви мало?

— В такие места едут за атмосферой, — проговорил я, прикасаясь к панелям отделки в коридоре. Они были подогнаны друг к другу с таким тщанием и такой любовью, что стыки были практически незаметны. — Так что иногда неважно, сколько сотен километров придётся проехать за ней. А иногда это миллионы километров.

— Миллионы? — переспросила она, пристально глядя на меня.

А я понял, что немного забылся. Всё-таки эта самая атмосфера очень сильно меня поглотила. Именно тогда я решил, что возьму этот особняк, сколько бы он не стоил.

— Представь себе, — я обернулся к ней. — Бывает и такое.

Второй этаж добавил юмора моему настроению.

Во-первых, как оказалось, весь внутренний антураж тут остался нетронутым. То есть на стенах висели вибраторы, члены невообразимых размеров и множество всяких других штук, назначение которых можно было только угадывать.

Во-вторых, Дарья практически не разбиралась в том, что и куда, поэтому подарила мне немало весёлых минут.

— Ого, какие хвостики, — проговорила она, проведя рукой по лисьим хвостам, свисающим со стены в одном из кабинетов. — Но как же они крепятся?

И обернулась на мой хохот, который, как ни пытался, я не смог сдержать.

— Что⁈ — она ещё раздумывала, обижаться на меня или нет.

— Они не крепятся, — ответил я сквозь смех, — а вставляются.

— Фу, какая гадость, — проговорила она и снова провела по меху. — Но если такую штуку в личное пользование…

— А ты с фантазиями, однако, — проговорил я и снова захихикал.

Впрочем, все комнаты тут были разными и несли совершенно непохожие эмоции. Были розовые комнатки, чтобы клиент, видимо, думал, что тайно оказался в девочкином убежище. Были отделанные красным и чёрным бархатом. Тут на стенах висели наручники, хлысты и прочие прелести для любителей пожёстче.

Попадались, конечно, классические номера, но таких было меньшинство. А вот с остальными…

— Я что-то не поняла, — проговорила Дарья, когда мы попали в комнату, расписанную облачками и животными, подозрительно напоминающими женские фигуры. — Это чего тут делали?

— Фантазии у людей разные, — я развёл руками и улыбнулся. — Иногда они не знают границ.

— Ужас какой, — поёжилась девушка, и, кажется, ей впервые стало некомфортно в этом доме.

Я понял, что эту комнату придётся убрать в любом случае.

Где-то на пределе слышимости вновь послышались быстрые и мелкие шаги. Я напрягся, но всё равно не смог идентифицировать, кому они принадлежали.

Мы обошли ещё несколько комнат, но остальные не вызвали такого эффекта, как мультяшные животные с женской анатомией.