— Устанавливайте живее, — командовал канцлер, наблюдая, как дюжие ребята водружают вторую часть плиты на место. — Ну, что дальше?

— Две жрицы должны подойти к усыпальнице и открыть ключами врата, — почти прошептал Асмадей Шшарк.

— А кто жрицы? Жрицы-то кто? — вдруг беспокойно спросил Дарин.

— Определенно, женщины, в чьих руках находятся денкоро. Стало быть Пелагея Джоновна и Алевтина, — констатировал факт тентуриец.

— А это безопасно для них? — снова влез «леденец».

— Теоретически, да, но… — фразу профессору так и не дали закончить.

— Теоретически? — взревел легар. — У меня жена беременная! Я за все равновесие вселенной не позволю ей рисковать собой!

— А я видел, что способна творить половина этой штуковины и Альку к ней не подпущу! — вторил ему тангир Элвэ.

«Сумрак, — тихонько позвала я. — ты там как?»

«Смотрю на свой последний закат» — грустно откликнулся кот.

«Как последний?» — опешила от такого заявления. Все понимаю — подзатыльник отвесить, пинка дать, но убивать?

«Развеет меня Кора. Зачем ей Страж, не оправдавший доверия?»

«Знаешь, ошибаться может каждый. Даже твоя Кора! Может не будить ее? Справлялись же как-то сами…»

«Какая разница, Аля, сейчас или через семь дней? Итог один. Ты главное помни, что у тебя когда-то был черный, пушистый друг…» — вот, гад хвостатый! Аж слезу вышибает!

«Разберемся с твоей Корой! Ты сейчас не ее Страж, а мой лайвелл. Лучше скажи, чем нам с ба грозит ритуал пробуждения твоей богини?»

«Да, ничем. Обычный замок, обычные два ключа к нему…»

Значит ничем! Пока мужья бушуют, до хрипоты споря с канцлером, профессором и тар Шакреолом, подмигиваю ба. Пелагея Джоновна всегда понимала меня с полуслова. Она начинает мелкими шагами подбираться ближе.

— Готова? — шепчет, едва слышно, держа в руках денкоро.

— Да, — так же тихо отвечаю ей я. В моих ладонях тоже зажат ключ.

Одновременно бросились к стене и вставили в отверстия амулеты. Как только мы это сделали, Белиготар и Дарин в мгновении ока оказались рядом, чтобы отнести от стены подальше. А вот потом… потом начались настоящие чудеса. Такие, что не сотворишь даже с помощью самых современных технических средств. Каменная стена пещеры треснула от свода до пола. Сначала трещина была нитевидная, едва заметная, но постепенно она все расширялась и расширялась, словно каменные глыбы разъезжались в разные стороны. Через несколько секунд она уже напоминала узкую щель, которая увеличивалась на глазах. Когда ширина достигла нескольких сантиметров, из трещины заструился ослепительный белый свет.

Затаив дыхание, все наблюдали за происходящим. Дарин крепко прижал меня к себе, не давая возможности пошевелиться.

— Алька! — шептал он. — Я чуть с ума не сошел, когда увидел тебя там, у плиты! А если бы с тобой что-нибудь случилось?

— Нашел бы себе другую, сразу после того, как восстановили бы равновесие. У нас на Земле знаешь сколько одиноких девушек? — я все еще не отошла от шока и понимаю, что говорю глупости. Да у меня первой сердце разлетится на куски, если Дарин…

— Глупая! — чувствую на макушке родные губы. Тепло разливается по всему телу. — Не нашел бы. Ты для меня одна во всей вселенной.

— Взаимно, — гепчу в ответ и прижимаюсь к мужу.