Панаренко упала в обморок.

Гепарда кое-как затолкали в грузовое отделение «форда» Мизинчика, на полную мощь включили отопление салона и сунули туда же африканца, предварительно отобрав у него копье.

Садист вытер мокрое от пота лицо.

Циолковский в наброшенной на плечи дубленке по-хозяйски заглянул через боковое заднее стекло на свернувшегося клубком уставшего зверя, подмигнул негритосу и принял из рук Комбижирика стакан коньяку.

– Ну, за встречу!

– Ты зачем кота приволок? – осведомился Рыбаков.

– О-о! – Королев одним махом опрокинул двести граммов «Юбилейного» и занюхал рукавом. – Это, братцы, история! Не поверите – он сам к нам прибился!

– Не поверим, – согласился Денис.

– А это действительно так! – Циолковский вытащил сигару. – Короче... Мы с Фаустом мочили крокодилов. Хотели, блин, побольше набить, чтобы всем по чучелу привезти.

– Из пулемета? – уточнил практичный Ди-Ди Севен.

– Не, там из пулемета нельзя... Но мы, блин, выкрутились. Поймали местного полицая, связали и подвесили над запрудой. Он орет, ногами по воде колотит, так что приманка что надо! Зеленые целыми косяками шли... Токо кто-нибудь из них харю подымал, чтоб, блин, «шоколадку» прикусить, мы тут как тут. Ба-бах! – и на берег выволакиваем. Десяток настреляли, запарились... Живца повыше подняли, чтобы пока спокойно повисел, скатерку разложили и отдыхаем.

– Охотники на привале, – пробормотал Рыбаков.

– Только по первой рюмке накатили, слышим, блин, кто-то в кустах шебуршит, – Циолковский заговорщицки понизил голос. – Сначала думали – Винни. Но звуки какие-то странные... Фауст стрельнул на всякий случай. И кричит – Винни, это ты?!..

У Дениса отпала челюсть.

– Ответа нет. Значит, не он, – продолжил Королев. – Тогда кто?

– Слон, – предположил Ортопед.

– Мы тоже так подумали. Но шуршание, блин, не прекращается... – Циолковский изобразил на лице напряженное внимание. – И кусты не такие высокие, чтоб слон заховался. А Оскар уже гранатомет достал. Я ему говорю – погоди! Фигня какая-то нездоровая. Пошли проверим! Ну, стволы наизготовку и в кусты... А там! Кошака этого сволочь зеленая за лапу зацепила и в речку затащить пытается! Я ка-ак дам крокодилу в тыкву прикладом! Фауст сбоку налетел и сапогом по почкам! Зеленого аж на три метра отбросило! Кошак – в одну сторону, мы в другую... Ну, блин, дух перевели, решили такое дело серьезно отметить. Сели, выпиваем. Тут, – Андрей причмокнул. – опять шур-шур-шур... И рожа гепардовская из кустов. Мы ему мяса бросили. Сожрал. Еще кусок... Опять сожрал.

– На хавчик пробило, – сообразил Комбижирик.

– Само собой, – кивнул Циолковский. – Жрачка-то классная, он такой отродясь не видел. Поел, потом ушел... Мы, блин, думали, насовсем. Но ошиблись. Часа через два приходит и нам какую-то крысу в зубах волочет. Типа, в благодарность. Ну, мы крысу на прикорм в запруду кинули, а котяре еще буженины дали. Так и остался с нами... Лапу ему промыли, перебинтовали.

– Ё-мое! – Фауст выпучил глаза. – Андрюха! Мы ж с тобой полицая снять забыли!

– Как?!

– Блин, до меня только щас дошло!

– А когда вы крокодилов стреляли? – спросил Ортопед.

– Да с неделю уже, – смутился Циолковский. – Блин, как неудобно получилось.