Тай вздернул голову, уставился на дверь перед собой. Собственно, что он теряет? Ничего ведь. Не то, чтобы речь шла о большом уважении или грандиозной репутации. Да, определенную симпатию местных за месяц пребывания в Калагорне он снискал. Особенно, конечно, среди солдат. Он тренировался с ними, не щадя себя, объяснял, показывал, рассказывал. Он никогда не упоминал ничего, что касалось бы непосредственно Смотрителей Пустоты, словно демонстративно отгораживаясь: это не мое дело, знать ничего не хочу. И упорствовал только в том, чтобы и смотрители, и обычные гарнизонные совершенствовали навыки владения оружием, крепчали, дисциплинировались.

Занятие его даже увлекло. С головой.

В целом, Тай редко сидел без дела за прошедшее время. Это бросалось в глаза. Ставленник короля, сначала он однозначно воспринимался как лощенная столичная барышня белоручка. Так что одних расположило к капитану то, что на поверку он оказался работягой. Других привлекла его разумная отзывчивость. Третьих подкупила строгость и определенная вежливость в обращении Тая даже к новичкам и рекрутам. Среди «зелени» Тай быстро приметил брата и сестру Обри. Райан, будучи старше нерадивого братца, все время того подзадоривала, подначивала и дразнила. А еще она всегда во время упражнений в паре с братом выходила победителем и… смотрела на Тайерара влюбленными глазами.

За пару недель к Таю потеплел Родрик. Как только доставили разрешение командора начинать размещение второй тренировочной площадки в верхнем бейли, к нему по другому отнеслась и Ултала. Капитану хотелось на это надеяться. По крайней мере, леди советница больше не изводила его тонкими интонациями, змеиными усмешками и теми томным взглядами, от которых мужчина испытывал желание найти мыло с веревкой. Потому что повеситься было явно проще, чем общаться с Улталой и ждать, что вот прямо сейчас из за угла выпрыгнет какое то ее подручное чудище и всадит ему нож в спину.

После тяжелых рабочих дней на площадках самым правильным решением было выпить. Но… Его никто никогда не приглашал, даже те, в чьих глазах он стал подмечать невольное уважение. Еще бы! Он ведь отличный боец, черт возьми! И да – еще бы его звали, с чуть меньшим огнем подумал Тай. Он ведь воспринимается как командир. Сторонний или нет – неважно, он здесь, чтобы муштровать их. Кто ж его позовет?

Идти и искать компанию самому было глупо. Сначала слишком рано – он солдатам не друг, не приятель, не собутыльник. Теперь… хм, наверное все еще рано или даже в принципе не слишком уместно, но, честное слово, ему хотелось хоть раз вырубиться не от усталости, а от расслабленности. При том так, чтобы ненароком в голову не залезли воспоминания об уничтожении магами Цитадели Тайн. Не то он бы не поручился за сохранность шести бедолаг, что сейчас проживали с ним на одной территории.

Это, пожалуй, стало самой важной чертой в его общении с жителями Калагорна – особая напряженность с местными магами. К счастью капитана, таковых вместе с командором тут насчиталось всего восемь, и сейчас двое из их числа находились в отъезде. С остальными Тай по возможности старался не пересекаться. При том, что им тоже следовало тренироваться, в присутствии командора они в лучшем случае упражнялись в обращении с посохом как с оружием ближнего боя. Тай, наблюдая, испытывал острое жжение в руках и никак не мог ответить себе до конца: жгло от готовности вот прямо сейчас развеять любое сколдованное заклятие или от желания придушить чародеев голыми руками.

Мужчина набрал в легкие воздуха и толкнул дверь таверны.

И, вопреки всем опасения, не случилось такого, чтобы разговоры и шум резко затихли, чтобы все уставились на него, и кто то ткнул пальцем. Нет, в его сторону, конечно, поглядели. Кто кто крикнул:

– О, капитан! Добро пожаловать!

Но – и все.