В этой веселенькой добрососедской атмосфере они покончили с супом, принялись за бифштекс, спаржу и консервированную кукурузу, перешли к винному желе (из желатина) и печенью с кокосовыми орехами (из жестяной коробки) — и Ральф смаковал каждый кусок, вознося хвалу толстеньким божкам чревоугодия.

Говорила преимущественно миссис Макгэвити.

— Так до сих пор и мучаетесь с плитой, миссис Истер?

— А я с ней и не мучалась, — сказала Элверна.

Всякий солидный человек согласился бы в этот миг, что молоденькой девчонке не подобает таким враждебным тоном отвечать почтенной матроне, ветерану далекой окраины.

Миссис Макгэвити лукаво погрозила Элверне пальчиком.

— Ах полно, душенька, признайтесь откровенно! Нехорошо скрывать… Я вам должна рассказать о ней презабавную историю, мистер Прескотт! Прибыла она сюда и вообразила сгоряча, что сумеет поддерживать жар в плите на углях — словно это ей город, где можно достать ореховые дрова, а не Мэнтрап, где ничего, кроме сосны и тополя, которые моментально прогорают. Она не будет все время готовить только на сковородке, как здешние старые дуры, — о нет! Она намерена печь, как в духовке. А потом, когда у нее угли все равно прогорали, она объявила… — миссис Макгэвити едва не подавилась собственным остроумием и огромной порцией кукурузы… — она объявила, что виновата плита!

— Но ведь теперь, — заметила Элверна, — у меня угли держат жар. Березовые.

— Да, только березы поблизости не найдешь, разве что мили за две.

— Знаю. Я себе раздобыла.

— Как, милочка? Неужели… — Всю веселость точно рукой сняло; миссис Макгэвити, уязвленная в лучших своих чувствах, погрузилась в скорбь:- …неужели вы заставили бедненького Джо идти куда-то в лес и тащить на себе березовые дрова? У него и так столько работы!

— Нет, миссис Макгэвити. Не заставила. Я их тащила сама. Две мили.

— О-о!

Казалось, у миссис Макгэвити временно истощился запас острот; казалось также, что она этим расстроена. Она обменялась с мистером Диллоном мнениями относительно испорченности индейских детей, которые нипочем не вспомнят о воскресной школе, если их не загонишь туда силой. За это время она успела кое-что надумать и вновь обратилась к Элверне:

— Натерпелись вы страху, пока Джо не было дома?

— Н-нет.

— Такая потеха с ней была первое время, мистер Прескотт! Подумайте: услышит ночью, как в кустах возится собака — обыкновенная ездовая собака, — и думает, будто это медведь, или волк, или индеец, или уж и не знаю, кто еще!.. Разве не правда, миссис Истер?

— Нет, боюсь, что правда, — призналась Элверна. — Такая была дурочка, совсем ничего не соображала.

— А по-моему, — возразила миссис Макгэвити, — вы еще вели себя геройски! Горожанка — девушка из парикмахерской…

Элверна внезапно метнулась к плите.

— Чайник… убежал, — задыхаясь, выдавила она, стоя к ним спиной.

— Мне, разумеется, — продолжала миссис Макгэвити. — трудно понять чувство страха. Быть может, просто недостаток воображения — только мне еще ни разу в жизни не удалось чего-нибудь испугаться. Помню, когда я только попала в леса — а случилось это как раз после восстания Рила, так что индейцы были очень озлоблены, — в нескольких милях от нас сняли скальп с одной женщины.