— Осторожно, а то надорвешься: я стала слишком тяжелая, — спохватилась, хотя и несколько запоздало, Лесли. «Что происходит?» — подумала она про себя.

Он не стал спорить, просто нагнулся и поцеловал ее. Поцелуй был долгим и нежным. Потом через хлопковую сорочку погладил ее круглый живот. Ребенок ответил ему, несколько раз ударив ножкой, будто охранял свою законную территорию.

Хью заглянул ей в глаза.

— Больно? — спросил он как зачарованный, круговыми движениями поглаживая ее живот.

— Не то чтобы больно, — объяснила она, — а немного неприятно, когда он бьет ножками, словно футболист. Но не больно, нет. — Как ей хотелось крепко-крепко сжать его руку и держаться за нее, не отпуская, чтобы больше уже не разлучаться!

— Ты сказала «он». Тебе хочется мальчика? — спросил он, сидя на краю кровати и приложив ухо к ее животу.

Лесли еще раньше сообщила Хью о своем решении не пользоваться возможностями современной технологам для того, чтобы заранее узнать пол ребенка. Теперь она ощутила приступ раскаяния: это решение они должны были принять вдвоем.

— Вообще-то, мне все равно. Главное, чтобы ребенок был здоров. А ты? Тебе бы больше хотелось, чтобы родился мальчик?

— Не-ет, — ответил Хью, выпрямившись и поцеловав ее в лоб. — Я хочу дочку, которая была бы похожа на свою маму. — Он встал с кровати и начал раздеваться, лишь на несколько минут оставив Лесли, чтобы зайти в ванную. Вернувшись в пижамных штанах, он выключил лампу на прикроватном столике, залез под одеяло и лег рядом с ней. От него пахло мылом и зубной пастой.

Лесли не понимала, что все это значит, и лежала, не шелохнувшись, в ожидании того, что он будет делать дальше.

Хью просунул руку под ее плечо и притянул к себе поближе, так что ее волосы рассыпались у него на груди. Все тело Лесли напряглось.

— Неужели так неприятно находиться в моих объятиях? — спросил он, по-прежнему обнимая ее.

— Странно, — честно призналась Лесли, — но отнюдь не неприятно.

— Знаешь, с самого первого дня после твоего возвращения я хотел, чтобы ты была рядом со мной, как сейчас.

— Вообще-то, я этого не знала. Оказанный мне прием едва ли можно назвать особо сердечным.

Он приложил палец к ее губам.

— Не начинай, — попросил он. — Мы просто поговорим — спокойно и без обид. Нам давным-давно следовало это сделать. Скажи мне, Лесли, о чем ты думаешь. Расскажи мне о своих желаниях, о своих страхах…

Она вздохнула. Значит ли это, что после всего, через что они прошли, он наконец готов слушать?

— Тебе действительно интересно знать?

— Начни, и сама увидишь.

— Я боялась раствориться в тебе, — откровенно призналась она, — как это бывало раньше. Боялась, что снова начну подчинять свои цели и желания твоим интересам. — «А теперь я боюсь потерять тебя», — добавила она про себя.

— Какие цели ты имеешь в виду? — спокойно, без тени агрессивности спросил Хью.

— Посмотреть мир, а не хоронить себя в Далласе. Использовать свое знание иностранных языков, чтобы поработать в странах, где люди говорят на них. Еще до того, как мы познакомились, я подала заявление о предоставлении мне стипендии для учебы за границей.

— И что?

— К тому времени, когда мне ее предоставили, мы уже планировали пожениться, и я отказалась.

— Ты никогда мне об этом не рассказывала.