Личинки.

Красивые?

Да, не то слово! Само совершенство. Просто божественные создания.

Ему вдруг стало стыдно. Он снова посмотрел на свою куртку, на нашивку на плече с изображением молнии, поражающей перевернутого вверх тормашками таракана. Хуже того, ниже были прикреплены три маленькие черные треугольные нашивки. Одна из них была просто черной. На каждой имелся белый крестик.

А на одной два крестика.

О боже милостивый… Что же он наделал?! Он ведь разрушил их. Целых три!

Ты проснулся?

Он встрепенулся. Голос той самой маленькой девочки. Но Клаймер его не слышал — почувствовал. У себя в голове. Он закрыл лицо руками и лег на постель. Он грешник. Разрушил само совершенство и теперь должен будет заплатить.

Просыпайся, соня.

— Я не сплю, — ответил Дастин. — Ваш человек попытался убить меня, и теперь я понимаю почему. Я готов понести наказание.

Глупый, никто тебя не собирается наказывать. Ты ведь не знал. И он вовсе не пытался тебя убить. Он пожертвовал собой, чтобы ты стал героем. Ведь ты убил того, кто напал на остальных солдат. Он выстрелил в тебя лишь для того, чтобы никто ни о чем не догадался. Он умер, чтобы ты смог увидеть мои симпатичные куколки. Теперь понимаешь, в чем дело?

— Да, — прошептал Дастин. — Теперь понимаю… Я убил их.

Не волнуйся. Ты не знал, поэтому твоей вины здесь нет.

— Да, я ничего не знал. Я и представить не мог, как они прекрасны.

Ты можешь, кстати, несколько поправить положение.

— Как? — Он снова сел. — Как это сделать? Я готов пойти на что угодно!

Ты должен поступить так, чтобы и другие это поняли. Ты — защитник. Ты должен заставить их всех понять, особенно своего командира.

— Полковника Огдена?

Да. Ты должен подарить ему поцелуйчики. Тогда и он сможет увидеть наши симпатичные куколки.

В голове у Клаймера вспыхнули новые образы. С ним говорила девочка по имени Челси, которая недавно подошла к кровати спящей матери…

Теперь знаешь, что нужно сделать?

Дастин кивнул.

— Да.

Тогда поспеши, но будь осторожен. Не угоди в ловушку. Ты теперь защитник. Ты и другие должны к нам присоединиться, потому что мы хотим открыть врата в небеса.

Через несколько мгновений в палатку зашли двое: доктор Харпер и Нянька Брэд.

— Погляди-ка на него, — сказал доктор. — Клаймер, что ты там бормочешь?

Мужчины подошли к его койке.

Дастин пожал плечами.

— Видимо, во сне, док.

— Что ж, я не удивлен, — усмехнулся тот.

Он пододвинул табурет поближе к койке Дастина и сел.

— Из тебя, наверное, собеседник получше, чем из Няньки.

— Ха-ха-ха, — рассмеялся Брэд. — Давай, заливай дальше. Зато я не позволю тебе выиграть у меня в шахматы.

Доктор Харпер взял Дастина за запястье и посмотрел на часы.

— Ты бы ни за что не выиграл у меня в шахматы, если бы я спрятал ферзя в задницу. — Доктор выпустил запястье Дастина, затем вытащил из нагрудного кармана ручку-фонарик и направил в глаз Дастина.

— Посмотрите перед собой, рядовой, — сказал Харпер. — Та-а-к. Вроде бы все в порядке. Как твоя голова?

— Болит немного, — ответил Дастин.

Харпер кивнул и стал рассматривать другой глаз.

— Опиши свою боль по шкале от одного до десяти, — попросил Харпер.

— Гм… Наверное, три.