— Слушаюсь, господин президент, — ответил Мюррей и покинул Овальный кабинет.

Маргарет зашла в центр управления, что для человека в биозащитном костюме было отнюдь не просто. Человек в такой одежде крайне неповоротлив. ПВХ-ткань скрипела при движении. Шлем она сняла, а костюм не стала, чтобы сэкономить время, когда придется возвращаться в операционную. Дью уже снял свой костюм. Собственно, раньше в такой одежде его видеть и не приходилось.

В центр управления зашел Кларенс.

— Дозвонился до Мюррея? — спросила она. — Согласен ли он на немедленную операцию?

Отто молча посмотрел на Дью, потом на нее.

— В чем проблема? — насторожилась Маргарет. — Давайте, ребята, не тяните кота за хвост. Времени в обрез.

Дью уставился в пол. Кларенс выглядел озадаченным.

— Ты не будешь оперировать, — тихо сказал он.

— О чем ты говоришь? Мы же должны это сделать!

— Уже нет, — проговорил Кларенс.

Монтойя молча уставилась на него. В голове вдруг вспыхнула одна мысль, но она постаралась ее отогнать. Ей не хотелось верить своим ушам.

— Ты… Кларенс, наверное, шутишь. Уж не хочешь ли ты сказать, что мы позволим этим тварям выползти из тела женщины?

— У нас приказ, — ответил он.

Кларенс знал, что ответит Мюррей. Именно поэтому он настоял, чтобы повременили с операцией. Если бы он периодически не напоминал ей о том, что нужно держать начальство в курсе, Бернадетт Смит уже лежала бы на операционном столе…

Услышав последнюю фразу, Маргарет не в силах была себя сдерживать. Раньше ей как-то удавалось сохранять самообладание, но сейчас… Сейчас она была просто в ярости.

— Нет! Мы позволим умереть этой женщине! — Сделав два шага вперед, она принялась тыкать пальцем в широкую грудь Отто. Она, возможно, накричала бы и на Дью, но от такого хладнокровного киллера, как он, вполне можно было ожидать подобный ответ. Но от Кларенса? Человека, которого любила, с кем спала в одной постели? — У той женщины есть десятилетний сын, он только что лишился отца и двух сестер. Я могу спасти Бернадетт! Мы ее прооперируем прямо сейчас, негодяи! Вы слышите меня? Прямо сейчас!

Кларенс нахмурился и покачал головой.

— Мы не можем, Маргарет.

— Я для тебя теперь — доктор Монтойя, ублюдок! Как врач я давала клятву защищать человеческую жизнь.

— Но у нас приказ, — упрямо говорил Кларенс.

— Приказ? От кого? От этого скользкого ублюдка Мюррея Лонгуорта? От Огдена? От него, что ли? — Маргарет указала на Дью, который по-прежнему стоял, опустив глаза в пол. — Кто еще может приказать мне не помогать бедной женщине?

— Президент, — спокойно ответил Кларенс. — Приказ получен сверху. Выше просто некуда. Это распоряжение высшего должностного лица государства.

— Разве это правильно? Хорошо. Тогда, может быть, он попутно прикажет тебе отправить в газовую камеру парочку евреев? Или, скажем, поручит Дью Филлипсу скрутить одного черномазого и выпороть в назидание другим?!

Лицо Кларенса сморщилось от гнева, но ей было уже все равно. Ей даже понравилось. И очень хотелось хоть как-то проучить этого кретина, исправного служаку! Как ей вообще могло взбрести в голову, что она любит эту жестокую, бессердечную машину?

— А ты что думаешь, Дью? — крикнула Маргарет. — Тоже готов слепо исполнить любой приказ распрекрасного начальства?

— Маргарет, — проговорил Кларенс, — пожалуйста, успокойтесь.

— Разве я не сказала тебе, что отныне я для тебя — доктор Монтойя? Разве не так, агент Отто?

— Ты не понимаешь, мы ведь…

В этот момент женщина нанесла ему удар справа.