Таранов перебрался через рычаг коробки передачи, сел в водительское кресло, выжал сцепление и воткнул первую.

– Вижу его, – сказал в микрофон старший «восемнадцатого» экипажа. Они только что выскочили с набережной канала на Большую Подьяческую. Свет фар выхватил такую же, как у них, серую «шестерку» у тротуара. Рядом с машиной лежал на асфальте человек… блестела лысина. Еще две минуты назад его здесь не было… «Шестерка», не включая фар, не обозначив поворотником маневра, резко стартанула с места. Задние колеса переехали ноги лежащего на асфальте, задок машины дважды подпрыгнул.

Свет фар ударил в заднее, тонированное стекло. Что они здесь разъездились? – раздраженно подумал Иван… Задок машины дважды подпрыгнул. Иван резко добавил газу.

С машины, что ехала сзади, ударил дальний свет. Он прорезал улицу, и Таранов увидел, что слева и справа, от тротуаров, наперерез машине бегут люди. Обостренное чувство опасности подсказало, что это не случайно, что это не просто прохожие. Потом он увидел пистолет в руке одного из мужчин… Вот, значит, как! Он утопил педаль газа в пол. Машину швырнуло вперед, навстречу бегущим людям.

Старший лейтенант Федеральной службы охраны Данилин бросился наперерез машине с «горнистом». Слепил свет фар, в ухе кричал наушник… Сбоку ударил выстрел. Машина надвинулась мгновенно, рывком. Данилин, мастер спорта по дзюдо, интуитивно уклонился от удара бампера и плавно взлетел на капот. Плавность была относительной, удар о лобовое стекло получился сильным, но Данилин сумел ухватиться за дворники.

Тело на капоте наполовину перекрыло Ивану обзор. Лицо человека было совсем рядом – в полуметре, за залитым водой стеклом. Широко раскрытым ртом человек что-то кричал. Таранов тоже кричал, но не слышал сам себя. Ревел на чумовых оборотах движок, свет фар преследующей машины отражался в зеркале и резал по глазам… с хрустом обломился держатель дворника, мелькнула рука, мелькнуло лицо… Человек слетел с капота. Машина приближалась к перекрестку Подьяческой и Римского-Корсакова. На перекресток резко вылетела «Волга» с мигалкой и остановилась, блокируя проезд. Ярко блестел залитый дождем черный борт… До «Волги» осталось метров пять или чуть больше, а скорость «шестерки» составляла около пятидесяти километров. Вспыхивала мигалка.

– Да вот х… вам! – выкрикнул Таранов. Он резко вывернул руль влево, ударил одновременно на газ и на тормоз. На мокром асфальте «Жигули» занесло, развернуло, боком впечатало в борт массивной «Волги». От удара с «Волги» сорвало магнитную мигалку, захрустело сминаемое железо.

Таранова сильно швырнуло вправо. Он ударился головой о зеркало, но продолжал давить на газ. «Жигуль» отскочил от «Волги», левым бортом проехал по припаркованному у тротуара «БМВ», ободрал на нем краску и рванул по Римского-Корсакова к Садовой. Сорванная с «Волги» мигалка лежала на асфальте, озаряя его синим. Возмущенно кричала сигнализация «БМВ».

Водитель «Волги» оправился от удара и собрался включиться в погоню. Через секунду в его борт впечаталась «шестерка» «восемнадцатого» экипажа. Они в точности повторили маневр Таранова, раздавили лежащую на асфальте мигалку и оторвали бампер у «БМВ»… Следом выскочили еще три машины и ушли вслед за Тарановым и «восемнадцатым».

На крыше дома № 16 снайпер Семейкин поймал машину «горниста» в прицел. Высокоточная «полицейская» модель SSG-P производства австрийской фирмы «Штейр-Даймлер-Пух» с десятикратным германским прицелом «Хенсольд» ZF 500 гарантирует надежное поражение цели на дистанции в полкилометра.