– Центр – четверке: ты инструкции читал? Посылай их на хер.

– Понял вас, центр.

– Тринадцатый – центру: на Декабристов из дома №… вышел человек с футляром типа для скрипки… провожу задержание?

– Давай. Результаты доложи немедленно.

В общем и целом в эфире все было спокойно. Шла будничная работа. Случайный экипаж УВО, человек со скрипкой, придурок в кафе – самые обычные ситуации. В девятистах девяносто девяти случаях из тысячи они не несут никакой угрозы для президента. Тем не менее все они проверяются и пресекаются. Оперативно и жестко. В деле обеспечения безопасности первого лица государства мелочей не бывает. Все меры оправданы важностью задачи и никогда не бывают чрезмерными.

– Центр – восемнадцатому, – сказала радиостанция, – данные паспорта Немыкина не подтверждаются.

Два офицера ФСО в салоне серой «шестерки» быстро переглянулись. В принципе нельзя было исключить ошибки. Ошибиться мог мент, проверявший паспорт у Немыкина… да и сами базы ЦАБ содержат немало ошибок.

Любой сотрудник паспортно-визовой службы может рассказать о таких невероятных ошибках и фантастических совпадениях, что одно им определение: чудеса! ФСО в чудеса не верит. Старший быстро сказал в микрофон:

– Восемнадцатый – центру: возможно, у нас ситуация «Горнист».

Таранов едва не упустил Лидера. Он шел вслед за Шаховым, прикидывая, как лучше поступить… Шел дождь. Крупные капли молотили по тротуару, смывали пыль и тополиный пух. Туча с залива приблизилась, сделалось темновато, и грохотало все чаще. Иван смотрел в спину Лидера… Какже он ненавидел эту тварь с безобидной внешностью интеллигента и мягким картавым говорком. Он ненавидел Шахова почти так же сильно, как себя. Спина Лидера в сером пиджаке была всего в тридцати пяти-сорока метрах – Иван запросто мог вкатить в него пулю. Но этого карателю было мало.

В домах зажигались окна. Хлестал дождь. Каратель шел вслед за своей жертвой.

В кафе вошли двое «пехотинцев» ФСО – те, которых видел в подворотне Лидер и которые прошлепали «Немыкина». Они вошли и сразу увидели, что «Немыкина» в кафе нет.

– Где мужчина? – спросил один у буфетчицы, взмахнув ментовской ксивой. – Седой, лет сорока пяти, светлая куртка, джинсы, сидел у вас два часа.

– Ушел.

– Когда?

– Да только что… А в чем дело-то?

– Куда пошел?

– Я что – слежу за ними?

Возле двери кафе затормозила серая «шестерка». Выскочили еще два сотрудника ФСО.

Таранов едва не упустил Лидера. Он совершенно не ожидал, что на Большой Подьяческой у Шахова стоит машина. Когда Иван вслед за Лидером свернул на Большую Подьяческую, то увидел, что Игорь Павлович стоит возле своей «шестерки». Дважды мигнули сквозь дождь огни габаритов, Шахов распахнул дверцу и сел в машину.

– …Твою мать! – пробормотал Иван и рванул вперед. До «шестерки» было около пятидесяти метров, и существовал риск, что Лидер уедет раньше, чем Иван добежит до машины.

– Всем в секторе шесть: ситуация «Горнист»… повторяю: «Горнист». Блокировать сектор, провести задержание.

Голос «центра» слышали через миниатюрные наушники системы «Спутник-С» все офицеры ФСО, задействованные вокруг Театральной площади… Голос был спокоен: если это действительно «Горнист», то он фактически уже не опасен. Он выявлен, в ближайшие минуты будет блокирован и задержан… Даже если предположить, что у террориста есть сообщники, переход ситуации «Горнист» в ситуацию «Факел» полностью исключен.