Расстояние от дома № 107 на набережной канала Грибоедова до Мариинского театра чуть больше сотни метров. Это – зона особого внимания ФСО… Не зная об этом, Таранов сам шел в капкан.

На канал Грибоедова Таранов приехал к шести вечера. Близко подъехать не удалось – и на Декабристов, и на Вознесенском, и на Римского-Корсакова гаишники заворачивали весь транспорт… всюду были пробки. Матюгнувшись, Иван оставил «Ниву» возле Сенной и пошел пешком.

Он прошел по набережной мимо ОМОНа, мимо дома, где жила Старовойтова и где ее убили… он понятия не имел, что уже вторгся на территорию, полностью контролируемую ФСО. Все улицы и переулки, прилегающие к Театральной площади, просматривали снайперы, в машинах, на скамейках, в кафушках сидели десятки оперативников в штатском. Служба радиоконтроля непрерывно сканировала эфир.

Таранов дошел до Львиного мостика и оттуда увидел, что «шестерки» Лидера на месте, кажется, нет. Стояла похожая тачка, но номер он разглядеть не мог – мешали очки. Очки были слабенькие – плюс единичка, но все равно мешали. Иван снял очки и сунул их в карман. Бросил взгляд на тачку – «шестерка», но не Лидера. С областными номерами.

Иван закурил, перешел через мост на четную сторону и пошел обратно. Уже в этот момент на него обратили внимание… Для обычного человека в поведении Таранова ничего странного не было: шел себе мужик по какой-то своей надобности… потом передумал, пошел обратно. Ну и что? Может, засомневался: а выключил ли дома газ? Или, может, забыл чего… Так думает обычный человек.

А офицер ФСО на все маленькие странности, происходящие рядом с местом нахождения ОП, смотрит по-другому. Он просто обязан смотреть на все события с точки зрения безопасности ОП… В этом деле мелочей не бывает, и лучше перебдеть, чем недобдеть.

В той самой «шестерке», на которую бросил взгляд Иван, сидели два оперативника ФСО. Они обратили внимание, что человек внезапно изменил направление движения… более того, он изменил направление движения после того, как зацепился взглядом за их автомобиль.

Делать какие-либо выводы из этого было преждевременно (люди очень часто ведут себя странно или по меньшей мере нелогично), но один из оперов вышел из машины и двинулся вслед за Тарановым.

Иван свернул на Большую Подьяческую, увидел кафушку в первом этаже углового дома и зашел внутрь. Сквозь зеркальное окно ему хорошо была видна арка подворотни, что вела во двор дома № 107.

Здесь и будем ждать, решил Иван. Он заказал кофе, сел за столик в углу.

Спустя минуту в кафе вошел опер ФСО. Он тоже заказал кофе и сел за другой столик… Некоторое время наблюдал за Иваном, но ничего необычного в поведении Ивана не заметил, не торопясь выпил кофе и вернулся обратно в машину. Доложил старшему: ситуация штатная.

Около 20:30 оперативники получили приказ занять другую позицию, чуть ближе к Театральной. А на их место пришлют пару «пехотинцев».

– Принято, – отозвался старший. – Поехали, Толя.

Толя ответил:

– Ты давай, а я за сигаретами в ту кафушку сгоняю.

– Иди, – ответил старший, – только быстро. Толя ушел, вернулся спустя пять минут и сказал:

– Слушай, а этот хрен все еще там сидит.

– Один?

– Один.

– Надо бы у него документы проверить, – сказал старший после короткого раздумья. – Сейчас подключим ментов.

Таранов решил: жду до девяти и ухожу. Сегодня Лидер, скорее всего, не появится. Ладно, займусь им завтра с утра… так, пожалуй, даже лучше.

За окном потемнело, упали первые капли дождя. С улицы в помещение маленькой кафушки вошли два мента.