– Патриотам нашей страны, Найджел… мы не стремимся афишировать себя, но нас не так уж мало. Наши люди работают в военной разведке, Генеральном штабе, в управлении спецопераций. Мы трезво смотрим на вещи и пользуемся поддержкой высшего политического руководства.

Линч снова крутанулся к инструменту и сыграл начало гимна. Н. Г. трижды хлопнул в ладоши: браво, браво…

– Браво, – сказал он. – Патриотизм – ходовой товар?

Линч, повернувшись ответил:

– Ты циничен, Найджел. Но если ты так ставишь вопрос, то я отвечу: не думай, что все средства от продажи афганского порошка уйдут черт-те куда… не волнуйся, тебе тоже хватит. Так что можешь быть спокоен: патриотизм – ходовой товар, старина.

– Допустим, – сказал Н. Г, – допустим, я тебе верю.

– Без «допустим», Найджел, без «допустим». Ты либо принимаешь то, что я тебе сказал, и говоришь: да. Либо…

– Либо?

– FNO, Найджел.

– Здорово, Боб, здорово.

– Да брось ты, старик. Если ты с нами – тебе некого бояться… Это ведь я тебя рекомендовал. А к моим рекомендациям там (палец показал на потолок) прислушиваются.

Там, куда указал палец Линча, была палуба, а на палубе охрана и две девки… Н. Г. улыбнулся и сказал:

– О'кей. О'кей, Длинный… раз уж ты меня рекомендовал, то ответь мне на пару вопросов.

– Твоя доля?

– Это мы обсудим позже… Это мы обязательно обсудим, но чуть позже. Для начала я хотел бы понять механизм.

– Спрашивай, – кивнул Линч.

– Что значит: мы возьмем Афганистан под полный контроль?

– Под полный – значит под полный. Мы введем войска.

– Ого! Для этого нужен очень серьезный повод.

– Повод будет.

– Какой?

– Не знаю. Это не моя линия. Но повод будет очень серьезный. Вопрос прорабатывают специалисты. В сентябре, в самом крайнем случае в октябре, повод будет… После этого мы введем войска в Афганистан. Мы поставим раком «Талибан», посадим дикого УСБ в клетку. У нас будут развязаны руки… Под плантации мака можно пустить дополнительно не меньше сотни тысяч гектаров отличной земли севернее Гиндукуша… в долинах Амударьи, в долинах Кабула, Логар, Сароби… в провинции Герируд…в нагорье Хазараджат… Это десятки тонн героина, Найджел! Чистейшего – «три девятки». Ну, впечатляет?

– Да, Боб, впечатляет.

– Конечно, героин – это только одна из целей. И даже не главная. Главная – это усиление нашего влияния во всем регионе, продвижение «альянса» в Таджикистан… но нас с тобой интересует сейчас конкретная тема: ге-ро-ин. Именно ее мы с тобой будем курировать. И подготовительную работу нужно начинать уже сейчас. Ты готов?

– Я все еще не понял дальнейшего плана, Боб… ты говоришь о тоннах, десятках тонн. Транспортировка даже гораздо более мелких партий в Европу связана с неимоверными трудностями. К таким операциям приходится привлекать массу людей, и сохранить все в тайне редко удается. Полиция внедряет своих информаторов, вербует их среди мелких оптовиков и наркоманов… Так или иначе, но информация о cement почти всегда просачивается. Копы делают стойку и начинают охоту. Разумеется, серьезные люди стремятся иметь информаторов в полиции, знать, что собираются предпринять копы, и, исходя из этого, планировать контрмеры: менять маршруты, проводить отвлекающие операции, подбрасывать дезу… Но десять – пятнадцать процентов товара можно сразу списывать.