Кого оставили на шоссе, присматривать за нашим транспортом, я уже не слышал.

Взяв возбужденно повизгивающего Демона за ошейник, я почесал его загривок и подтолкнул вперед:

 — Ищи Демон, ищи, вперед!

Пес недоуменно посмотрел на меня, но рванул в поле, постепенно расширяя радиус своей работы, уткнувшись носом в жесткую траву. Не сомневаюсь, что на пустыре много интересных запахов, от мыши и суслика, до лисы. Но, человека, затаившегося в поле, пес, тоже, не пропустит. Демон, двигался широкими зигзагами, периодически бросая на меня взгляды, а я отдавал команды жестами, чтобы края пустыря и сарайки не остались без его внимательного носа.

Когда я отошел от шоссе метров на пятьдесят, наша жиденькая цепочка двинулась следом за мной. Через несколько минут на шоссе остановилась пара «жигулей» в желто-синей окраске и синими мигалками на крышах. Переговорив с нашим часовым, сотрудники охраны рванули вперед, по шоссе, чтобы, через пару километров, скатиться с асфальтового покрытия по какому-то проселку и встать, по возможности, освещая пространство перед собой фарами дальнего света. Следом подкатила дежурка из РОВД  — «УАЗ-таблетка», из которого выскочили несколько человек и двинулись к берегу, ориентируясь на пучок света мощного поискового прожектора, которым орудовал оставшийся в машине водитель. Цепочка загонщиков постепенно сжимала кольцо, и у человека, лежащего на земле, недалеко от берега, не выдержали нервы. Небольшая тень мелькнула в темноте, прожектор «дежурки» метнулся вслед за ней, и мы увидели, человеческую фигурку, на четвереньках, бегущего к прибрежным кустам. Демон с азартным лаем рванул вперед, за ним, не менее азартно, крича на разных языках, побежали загонщики. Через пару минут все собрались на берегу. В реке, по пояс в воде, стоял молодой щуплый олец, которого, с берега, радостно облаивал выполнивший задачу Демон. Милиционеры, в форме и в гражданке, молча рассматривали злодея. Наконец, вперед вышел олец, лет тридцати, одетый в брюки и рубашку, и что-то резко сказал беглецу. Реакции на его слова не было никакой. Парень, трясясь, то ли от холода, толи от волнения, стоял на месте, затравлено оглядывая нас.

 — Сержант, твоя собака его оттуда вытащит?  — преувеличенно громко спросил у меня старший местный.

 — Если хочет быть искусанным, то вытащит — я подозвал ко мне Демона, и взял его за ошейник.

Старший абориген что-то насмешливо крикнул беглецу, то вздрогнул, и опасливо поглядывая на Демона, двинулся к берегу. Местные опера, заломив задержанному руки, скоро потащили его к «дежурке», а мы, с сотрудниками вневедомственной охраны, собрались в кружок, чтобы обсудить ситуацию.

 — Надо ружье искать. Без него этому ничего не будет!  — горячился огромный старшина, со сломанным носом и шрамом не щеке.

 — Мы ночью здесь ничего не найдем, надо до утра ждать.

 — А собака ничем не поможет?  — десяток пар глаз уставились на нас с Демоном.

 — Мужики, я хрен его знаю, не разу не пробовал.

 — А что надо, чтобы попробовать?

Я возвел глаза к, усеянному миллиардом звездочек, небу, пытаясь смоделировать ситуацию.

 — М-м-м, наверное, свежую, только отстрелянную гильзу надо, тогда можно попробовать.

 — Щас сделаем  — старшина, без затей вытащил из кобуры «Макаров» и, не рефлексируя, пальнул в воздух. Гильза кувыркнулась в траву, где скрестились несколько лучей электрических фонарей.

 — Стоп, никто ее руками не трогает  — я успел крикнуть, остановив несколько потянувшихся к медному цилиндрику человек.

Я нацепил на тонкую веточку гильзу и сунул ее под нос Демону:

 — Ищи, ищи мальчик, ищи.