|
Республиканскую трассу сегодня еще не перекрыли, но во дворах стояли кучки о чем-то ожесточенно спорящих граждан не титульной национальности.
— Ребята, давайте скорее в Ленинскую комнату, я сейчас подойду! — из узкой «кормушки» в огромном органическом стекле, отделяющих дежурную часть от фойе, торчала взлохмаченная голова дежурного по отделу. Дежурный нас не обманул, прибежал в минут через пять, роняя на ходу не скрепленные листы сводок и телетайпограмм из разбухшей картонной папки.
— Так, всем здравствуйте. Записывайте ориентировку и указание — сегодня, около двенадцати часов дня у гаражного бокса номер восемнадцать ГСК «Нефтяник» обнаружено тело гражданина Белова Н.Н., двадцать девятого года рождения с признаками насильственной смерти и его супруга Белова С.В., одна тысяча девятьсот тридцать восьмого года рождения с черепно-мозговой травмой головы и ножевым ранением в области шеи. Предварительно похищено — автомобиль «ВАЗ» «двадцать один — ноль шесть», цвет «рубин», государственный регистрационный номер «Харитон Николай Иван двадцать семь-двадцать восемь», портмоне мужское коричневого цвета с деньгами и документами, а также женская сумка черного цвета, в которой, вероятно, находились деньги и золотые украшения. Примет преступников нет. Время совершения преступления — около одиннадцати часов утра. Потерпевшая доставлена в районную больницу, где ей была сделана операция. Разговаривать нельзя, состояние тяжелое, находиться без сознания».
Дежурный перелистнул лист желтоватого цвета и забегал взглядом по следующей бумаге:
— Ага, дальше — час назад экипажем ГАИ похищенный автомобиль, принадлежащий гражданину Белову был обнаружен возле здания общежития сельскохозяйственного училища по адресу улица Дружбы дом десять. На месте работает следственно оперативная группа.
Капитан поводил пальцем по плохо пропечатанным машинописным строкам, затем с удовлетворением захлопнул папку.
— Теперь указание для вас. В связи с указанным происшествием на территории района объявлена операции «Вулкан» и «Крепость». У здания общежития стали собираться люди, а в интернате живут несовершеннолетние. Вам дано указание — оцепить здание общежития и обеспечить работу следственно — оперативной группы. Где ваш старший, что-то я его не вижу?
— Старший сержант Пахомов заболел — с кресла встал напарник по райотделу: — Сегодня я его заменяю, старший сержант Викторов Алексей Николаевич.
— Ага, сейчас запишу — дежурный уткнулся в очередной журнал: — Вам все понятно?
— Все понятно, сейчас выдвигаемся.
Спросив у постового, внимательно наблюдавшего за окрестностями, прилегающими к зданию милиции, дорогу до улицы Дружбы, мы, быстрым шагом, двинулись в указанном направлении.
Здание общежития, предназначенного для проживания сельской молодежи, ничем не отличалось от тысяч аналогичных зданий, разбросанных по просторам необъятной родины — серый кирпич, трещины в кладке, неряшливо замазанные раствором различных оттенков все того же серого цвета, отсутствие балконов и щелястые рамы, покрытые краской самых диких оттенков. Только многие из этих окон были распахнуты настежь, откуда торчали нестриженные головы, что-то дерзкое выкрикивающие людям, собравшимся внизу.
За чахлыми кустами вездесущих кленов, обрамляющими здание «общаги», виднелся красно-оранжевый кузов «жигуленка», уткнувшегося капотом в дерево, и жалко зияющего на мир распахнутыми дверями и крышкой багажника. Метрах в пятидесяти от здания стояли машина канских гаишников и местной вневедомственной охраны. А на невысоком крыльце проходила линия противостояния. |