— Если я сказал тебе ехать в офис…

— Так точно, сэр.

— Завтра поедешь в Даллас.

— Чудесно.

— Очередная встреча в аэропорту. К тебе подойдет представитель клиента фонда по имени Чак Бэттерсби. Потом полетишь через Майами прямо в Нассау. Я приказал доставить билеты тебе домой.

— Отлично, — безжизненно произнес я.

— Мистер Баллентайн признался, что прошлым вечером у него состоялся великолепный ужин с твоей женой. Извини, оговорился: с твоей почти бывшей женой. Босс назвал ее «очаровательной душкой». «Умная, красивая, дьявольски милая — Аллен наверняка чудовищно облажался, раз ее потерял». Так и сказал, Нед.

Я процедил сквозь зубы:

— Джерри, ты говоришь мне это с каким-то тайным умыслом?

— Отнюдь. Хотя, думаю, тебя заинтересует, что мы наняли «Мосмен энд Китинг» вести пиар-кампанию мистера Баллентайна, и я лично попросил, чтобы нами занималась Лиззи.

Мне не хотелось сообщать, что вчера я с ней встречался, тем более, что мне уже известно о подобном развитии ситуации. А потому я произнес только:

— Ты очень умен, Джерри. Сперва — я, потом — Лиззи…

— Это называется «семейный подряд», Нед. Ты же знаешь, насколько наш бизнес семействен, как мы заботимся друг о друге. Кстати, я заметил твои фотографии в газетах и на телевидении.

— Что?! — только и смог я произнести.

— Ну, не совсем фотографии. Скорее, фоторобот. Ну ладно, я полетел. Приятно тебе провести в Далласе время.

Как только Шуберт повесил трубку, я схватил пульт телевизора и включил первый нью-йоркский канал.

Пришлось подождать десять минут. Сюжет о Петерсоне был третьим по счету.

Диктор рассказывал об «интригующих новых фактах, выявленных при расследовании смерти Теда Петерсона, одного из руководителей компьютерной фирмы «Джи-Би-Эс», погибшего ночью в среду под поездом Метро-Норт при переходе железнодорожного переезда в Оулд-Гринвиче, штат Коннектикут».

— С места трагедии Мэри Шипли, корреспондентка первого нью-йоркского канала. Мэри?

В кадре появляется Мэри Шипли. Все такая же худощавая и напряженная. По-прежнему стоящая на фоне проезжающего через Оулд-Гринвич поезда, при виде которого мой пульс учащается в два раза.

— Фред, — говорит Мэри Шипли, — с каждым днем появляются всё новые и новые тайны, окружающие гибель руководителя компьютерной фирмы Теда Петерсона. Теперь полиция штата Коннектикут сообщает, что вскрытие показало серьезную интоксикацию покойного в ночь гибели под колесами поезда. По словам медэксперта из Стэмпфорда, уровень алкоголя в крови погибшего почти в десять раз превышал допустимые показатели. Однако по-прежнему не ясно, сидел ли Петерсон в ту ночь за рулем.

Ранее тем же вечером видели, как он покидает отель «Хъятт-Редженси» с этим человеком…

В камере появляется составленный полицией фоторобот, изображающий мужчину за тридцать, с усталыми глазами, напряженными губами и обычным злобным выражением лица «разыскиваемого за убийство». Ниже шеи пририсованы костюм и галстук. Я видел собственные изображения и получше, а потому испытал облегчение из-за того, что сходство было трудно установить.

— …которого хотела бы допросить полиция. Белый, возраст от тридцати до тридцати пяти, песочного цвета волосы, рост около шести футов, среднего телосложения. В ночь смерти Теда Петерсона был в костюме. Его видел кондуктор в экспрессе Метро-Норт, направляющемся из Оулд-Гринвича к центральному вокзалу через час после гибели Петерсона. Полиция штата Коннектикут подозревает, что непосредственно перед происшествием механик заметил на рельсах именно этого же человека.