— Это как же?

— От здания через улицу по туннелю.

Хустино смотрел на него блестящими глазами.

— Рад, что ты наконец-то заговорил.

— Я расссказал то, что ты сам можешь легко обнаружить, — промолвил Дарелл.

— Где сейчас девчонка?

— В безопасном месте. Под защитой властей.

— Она может свидетельствовать против меня, не так ли?

— Она уже это сделала.

Хустино зажег тонкую черную сигару. Его движения были медленными и размеренными.

— Любой человек делает то, к чему его обязывает положение в жизни. Пеон копается в полях, ранчеро выращивает скот, политик распространяет ложь, полицейский вынюхивает и карает. У меня к девчонке претензий нет. Но, понимаешь ли, было необходимо найти ее и заткнуть рот. Ты приударяешь за ней?

— Нет.

— А она хорошенькая.

— Мне нужно от женщины немножко больше.

— Но тебе не все равно, что с ней случиться?

— Естественно.

— Если я ее отпущу…

— У тебя ее нет, — уточнил Дарелл.

— Но я могу опять поймать ее. Рано или поздно, даже если на это уйдет год или более того. Я не забываю такие вещи. Я терпелив. Как полицейский, знаю, что такое терпение так же, как и ты. Наступит день, когда я ее убью.

— У тебя даже одного дня нет, — заметил Дарелл.

— У меня больше времени, чем ты предполагаешь. Ты переоценил свою значимость для партнеров. Мне известно, что твои люди окружили близлежащий район. Не сомневаюсь, они готовы арестовать нас и предъявить обвинения. Тем не менее они выжидают, так как ты не вернулся. Ценят тебя, сеньор Дарелл, даже не представляешь как. Вероятно, ты большой скромняга.

— Какой же у тебя лимит времени? — поинтересовался Дарелл.

— Может, один день, а может — два.

— Что-то не слышу уверенности в твоем голосе.

— Погоду не укротишь.

Вот именно! Умозаключение, что снежная буря внесла сумятицу в планы Кортесов, оказалось верным. Хустино скорее всего сам того не желая, подтвердил это. Он в упор посмотрел на злоумышленника и понял — лимшнего из того не вытянешь. Хотя самоуверенности можно позавидовать. И все же ему что-то отчаянно нужно, коли идет на подкуп. У Дарелла голова шла кругом от желания разобраться, где же зарыта собака.

— Ты говорил с Фричем? — спросил он.

— Я общался с неким Виттингтоном.

— Он в Нью-Йорке?

— Ты удивлен? — Хустино улыбнулся. — Ты все-таки представляешь не меньший интерес для своих друзей, чем для меня — Перес.

— Перес?

— Опять удивлен?

— Вроде того.

— Ты не дурак в своем деле. И, конечно, все знаешь о Пересе и о том, насколько для нас важен профессор. Правда, мы можем найти кого-нибудь взамен, но это грозит промедлением и некоторой опастностью. Нам нужен профессор.

— Понятно, — медленно сказал Дарелл. Его мысли, опережая слова, скакали одна через другую, словно в чехарде. — Вы хотели бы обменять меня на Переса, верно?

— Абсолютно точно.

— Так что же вам мешает?

— Необходимо твое согласие.

— Сомневаюсь.

— Но твой мистер Виттингтон выдвинул при переговорах такое условие.

Мысли Дарелла разлетелись в разные стороны. Как сообщалось в последнем донесении, человек Барни Келза потерял след Переса. Но Хустино наверняка считал, будто Переса задержали.