Тогда как же убить, если нельзя приблизиться? Не успела я подумать об этом, как мой Проводник крикнул: «Вот она!» – и метнул Посох.

Оружие воткнулось прямо в середину Моры. Тварь дрогнула и растворилась, превратившись в туман, в черную дымку, которая расстелилась по земле тонкими темными туманными струйками и рассеялась в воздухе.

Иоко подобрал Посох, осмотрелся и устало улыбнулся мне.

– Ничуть, – ответил Иоко. Он устало оглянулся на меня и окинул оценивающим взглядом, словно желая понять, все ли со мной в порядке. – Мора из другого мира, из других измерений. Мы видим ее нечетко и неясно, не такой, какая она на самом деле в своем мире. Мы видим лишь ее тень, поэтому так сложно с ней справиться. Зато она видит наших призраков целостными. Не только душу, но и их тело, ставшее прозрачным и ненастоящим. Вот и весь ее секрет.

– Валес специально снял заклятие с портала. Он знал, что мы будем тут проходить, и приготовил ловушку, – высказала я свою догадку.

– Да, это дело рук Валеса, – согласился Иоко, – кроме него некому. Но мы выстояли, хотя Мору победить нелегко. Нас было трое, поэтому она рассредоточилась. А будь я здесь один, мне бы не устоять.

– Ну, я не умею с ней сражаться, – сказала я и посмотрела на свой Посох, который снова стал длинной палкой с загнутым концом.

– А кто крошил Мору, как капусту? – удивился Лука. – Махала Посохом, словно ножом! Не умеет она!..

– Лука прав. Ты отлично действовала и осталась жива. Я в тебе не сомневался. – Иоко провел рукой по шее и поморщился, увидев кровь на пальцах.

Видимо, тварь ранила его, потому что несколько царапин от уха до плеча слегка кровоточили, окрашивая ворот рубашки красным.

– Мора ядовита, – пояснил Иоко, – она источает в воздух свой яд. Какое-то время мы будем чувствовать себя вялыми, словно вареными, поэтому надо бы найти какое-то место, чтобы передохнуть.

– Ночью? – удивилась я.

– Ночью. Что поделаешь, если день все не наступает. В Безвременье такое случается иногда. До четвертого Убежища еще далеко, плыть и плыть, поэтому поищем ночлег по дороге. Где там запропастились наши Хант и Эви?

– Небось додрапали до самого Вейна, трусы, – ворчливо заметил Лука, – я их знаю. Как советы давать, так мастера, а как до дела доходит, до сражения, так их и след простыл. Умотают на другой конец света, лишь бы их не коснулось.

– Да, храбрецами их точно не назовешь, – согласился Иоко.

– А знаешь что… – Лука насупился и посмотрел на Проводника. – Ты ведь опять меня спас. Даже если для тебя это не важно, я все равно скажу спасибо.

– Почему не важно? Важно. Надеюсь, однажды и ты спасешь меня или еще кого-нибудь, кому понадобится твоя помощь. Кого сможешь,

– Надеюсь, – согласно кивнул Лука.

Неожиданно на меня навалилась такая усталость, что мир вокруг дрогнул, покачнулся и стал заваливаться куда-то на бок. И только плюхнувшись на теплые гладкие камни дороги, я поняла, что не в силах сделать больше ни одного шага. Все кружилось, расплывалось и дрожало перед глазами.

– Ну вот, я предупреждал, – проворчал Иоко, подставил мне плечо и рывком поставил на ноги.

Его рука оказалась на моей талии – теплая крепкая рука, – и я удержала равновесие.

– Давай пройдем еще немного. Лука, видишь справа небольшие холмы и рощу? Распугай там всех хасов, пойдем туда, разведем костер и отдохнем. Чувствую, я тоже скоро не смогу сделать и двух шагов.