– Какая она вам Отмеченная? Обычная девчонка, к тому же глупая как пробка. Как все девчонки, – возмущался Иоко, прохаживаясь у колодца и неотрывно глядя на заходящее солнце.

Он снова надел синюю рубашку и плащ, посох в его руках превратился в обычную палку и в каждом его движении – в нетерпеливых шагах, постукивании посохом о камни и тревожных взглядах на небо – читалось огромное желание поскорее двинуться в путь.

– Нам предстоит большой переход, никак нельзя задерживаться. Как только появятся обе луны, мы должны быть на каменной дороге, Со, и так уже сбились с ритма, опаздываем. За следующую ночь нужно пройти больше, чем положено, чтобы достигнуть третьего Убежища.

– Мы еще и во втором не были, – заметила я, накидывая на плечи рюкзак. – И я хочу, чтобы Хант и Эви шли с нами. Вдруг и правда пригодятся. Да и веселее с ними будет, потому что ты вечно молчишь, с тобой скучно путешествовать.

– Нашла причину. – Иоко поморщился, окинул презрительным взглядом тощие фигурки детей и наконец милостиво разрешил: – Ладно, пусть идут. Но я не собираюсь ими заниматься, и ждать их тоже не буду. Отстанут – сами виноваты.

И мы двинулись к заветной дороге из синего камня. Хант пригодился сразу, если можно так сказать. Он заявил, что знает самый короткий путь и быстро проведет нас через город.

Нам оставалось только следовать за ним, хотя Иоко все время ругался, когда приходилось преодолевать колючие заросли или слишком крутую лестницу, ступеньки которой, казалось, вот-вот обвалятся.

– Послушай призраков и сделай наоборот, – проворчал он, цепляясь за стену, чтобы не свалиться вниз.

Я помалкивала, мне было не до разговоров, потому что путь, выбранный детьми, действительно не отличался удобством. Но, как бы там ни было, совсем скоро перед нами показались синие камни дороги, а в траве зазвучал знакомый стрекот хасов.

И снова светила над моей головой огромная голубая луна, снова шелестели травы и вилась неизменная каменная дорога. Я шла вперед к неизвестности, следуя за загадочным Проводником Иоко.

Только теперь наше путешествие было уже не таким скучным и однообразным. Хант сначала поссорился с Эви из-за конфеты, затем исчез в зарослях и появился с длинной палкой в руке, которой стал ворошить траву, заставляя хасов выпрыгивать прямо на дорогу.

Меня пробирала дрожь от этих скачущих тварей, Эви визжала, Хант смеялся, и вместе они поднимали просто дьявольский шум.

Иоко не выдержал, обернулся, отобрал палку и хотел было стукнуть ею Ханта по ушастой голове, но мальчишка тут же превратился в дымок и исчез, чтобы появиться на десяток шагов впереди, забраться на огромный камень у поворота и сплясать там какой-то дикий, несуразный танец, приговаривая: «Не достал, не достал, только посох обломал!».

– Идиот, – тихо проговорил Иоко. – Ну что, Со, тебе весело теперь?

– Не то чтобы очень, – уклончиво ответила я, – но, по крайней мере, появилась хоть какая-то жизнь, а ты, между прочим, хоть что-то вспомнил из своего прошлого.

– Какой от этого толк? Для тебя – так вообще никакого.

– Никакого! – согласно подтвердила Эви, а Хант продолжал прыгать и выкрикивать глупости.

– Послушай, Ио, – заговорила я, – а откуда взялось предание, что Отмеченная якобы освободит Время? И как вообще можно это Время освободить?

– Не помню откуда. Все Проводники об этом говорят, все это знают. И все призраки знают.

– А как можно освободить Время, ты знаешь?

– Говорят, для этого надо запустить Железные Часы. Но где они находятся, неведомо. Как только Железные Часы заработают, Время вернется в этот мир и всесилию Хозяина придет конец.