Она была близка к оргазму.

Я, продолжая толчки, ласкал ее.

Ее ноги вдруг дрогнули, обхватывая мою талию железной хваткой, и я почувствовал ее сокрушительный оргазм. Сковав меня кольцом своих ног, прогнувшись, она продолжала дрожать, и я, замедлившись, ждал. Когда она начала успокаиваться, я как зачарованный, наблюдал. Я выжидал. Открыв глаза, она прикусила нижнюю губу кивнула.

Была моя очередь.

Я начал входить в нее. Сильнее. Глубже. Черт. Я никогда не смогу насытиться этой женщиной. Никогда. Я оперся рукой о стену, придерживая ее другой, продолжил движение. Я собирался кончить. Уже почти. Я прикрыл глаза, еще глубже входя в нее, и меня накрыло. Сквозь меня прокатились волны удовольствия, оставляя меня слабым и сытым. Нет, это была Эмма. Никакая другая женщина не заставляла меня чувствовать себя таким образом. Это была она, только она.

Открыв глаза, я увидел, что  она смотрит на меня улыбаясь.

– Я люблю тебя, – прошептала она.

Черт побери. Я поцеловал ее и прошептал ей в губы:

– Я тоже тебя люблю.

– Картер.

Ее голос звучал с грустью. Я немного отстранился назад в ожидании. Рука Холодного Убийцы всегда пробивала мою грудь, когда я слышал от нее такой тон, когда ей было больно.

– Я боюсь, что ты не вернешь ее.

Та рука все еще была на моей груди, и она пробиралась дальше и глубже, прямо к моему нутру. Я покачал головой. Рука рвалась сквозь меня, но я сказал:

– Я найду ее. Обещаю.

Мое подсознание говорило мне не лгать ей, но я сказал ему заткнуться. Я сделал это, но я не мог пообещать, что найду ее живой. Я помолился, чтобы Эмма не испытывала судьбу. Я не мог сказать тех слов. Не мог ей лгать.

Она не стала.

Она кивнула и потянулась ко мне, позволяя мне удержать весь ее вес. Я был благодарен, что держу ее здесь, просто наслаждаясь ощущением ее в мои руках. Я буду держать ее до своего последнего вздоха, если смогу.

– Гм…

Мы напряглись, услышав, как Майкл прочистил горло, с другой стороны двери.

– Не знаю, что я там прерываю, но я должен прервать, – сказал он.  – Мне жаль. Простите. Простите. Я собираюсь продолжить извиняться потому что, снова, у меня нет идеи, что я прерываю, и должен сделать это.  Прервать. Это то, что я делаю прямо сейчас, и я бы ударил парня, который бы сделал такое мне…

– Что такое? – у меня в горле зародилось рычание.

– Ух. Да. Вернулись Питер и Дрейк, – он замолчал. – Они нашли Андреа.

Эмма ахнула, отталкивая меня. Она рухнула на пол и побежала к двери, но я поймал ее за руку, притягивая ее обратно к себе.

– Что? – с ее губ слетело рычание.

Я схватил с пола ее футболку и швырнул ей в грудь.

– Ох, – когда она прикрыла себя, я поднял ее шорты. Она глянула вниз и из нее снова вырвалось. – Ох.

Я застегнул ширинку, широко улыбнувшись.

– Ты моя. Не их.

Она приподнялась на носочки и прижалась своими губами к моим.

– Ты тоже мой, – затем она открыла дверь и выбежала, спрашивая. – Где она?

Питер и Дрейк нашли ее. Эта информация засела во мне, вселяя в меня надежду. Она была жива. Должна была быть. Я была готова пойти с ними, сражаться рядом с ними, но Картера это не устроило. Питер был ранен, когда они убегали. Они собирались перегруппироваться, но я должна была остаться и позаботиться о Питере.

Сначала, я отказалась, но увидела предупреждение во взгляде Картера. Он сказал, что если я этого не сделаю, то он запрет меня в ванной, и если я попытаюсь выбраться, последствия будут не самые хорошие.