Когда объявили посадку, у меня внезапно зажужжал телефон. Я не стал смотреть, кто звонит, сунул телефон поглубже в карман. Сейчас я ощущал себя раком-отшельником и срочно хотел получить свою собственную раковину, в которой в любой момент можно было бы укрыться от враждебного мира.

Шесть часов в пути я проспал каким-то болезненным, тяжелым сном. Сочи встретил меня неприветливым хмурым небом. На такси я за двадцать минут добрался до отеля. Закинул вещи в номер и вышел на набережную. Не спеша пошел в сторону Абхазии. К счастью, еще был не сезон, каменистый берег не заполняли лежаки и туристы. И я поддался какому-то минутному настроению, сошел на берег и уселся почти на границе прибоя. Сначала бездумно кидал камни в море, а потом начал строить высокую башню. Увлекся, даже забыл, почему я здесь. Последние несколько камней выкладывал с особой осторожностью, а после достал телефон – запечатлеть это произведение искусства. Но не успел: набежала непрошеная волна, окатила меня и разбила все мое творчество. Вдребезги. Как глупые надежды.

Отряхнувшись от воды, насколько это было возможно, я хотел убрать телефон в карман, но взгляд зацепился за десятки неотвеченных вызовов. Вздохнув, набрал Лео. Она ответила мгновенно.

– Я не сбежал, – сказал я. – Хотя нет, сбежал, конечно, но не от тебя. Надеюсь, у тебя не было из-за меня проблем с Эвансом?

– У меня с тобой проблемы из-за тебя, – огрызнулась она. – Какого черта опять ты ничего не сказал, просто исчез?

– Извини. – Я снова сел на камни. – Меня отстранили от работы, а у тебя отличные перспективы, тебе надо остаться в институте и…

– А может, ты перестанешь решать за меня, как мне жить?

– Лео, пожалуйста! Сейчас мы все на эмоциях, а надо думать головой. Давай, как страсти улягутся, я прилечу и буду жить где-нибудь недалеко. Ты будешь работать, мы будем видеться по вечерам. Подожди пару недель, я не исчезну.

– Ты уже это сделал, – она горько вздохнула.

– Неправда, я на связи.

– Я тебя из-под земли достану, ясно? Не вздумай пропадать.

– Ясно, – я улыбнулся. – На связи, Лео.

Нажал отбой и долго смотрел на неотвеченные от Райли. Но ему перезванивать не стал.

На следующий день я взял в аренду машину и поехал в Поляну.

Горы были все те же. Ни в их облике, ни в запутавшихся в вершинах облаках, ни в речке, бегущей по склону мимо поселков, ничего не менялось. Для поддержания душевного равновесия это было, пожалуй, идеальное место. Мимо пролетают года, события сменяют друг друга, принося то горе, то радости, а здесь ничего не меняется. Это место словно замерло, достигнув собственного равновесия. И, глядя на него, кажется, что и у человека тоже может получиться найти свое равновесие.

К своему удивлению, лезть на качели над пропастью мне категорически не хотелось. И без того хватало острых ощущений в жизни. А вот гулять по горным тропам, сходить в парк водопадов, дойти до цирка Юрьев Хутор, бродить по реликтовому лесу, любоваться видами Главного Кавказского хребта, смотреть на вершины горы Аибги доставляло удовольствие. Более того, от этих прогулок весь стресс и обиды словно растворялись. Исчезали с каждым сделанным шагом, с каждым красивым кадром, появлявшимся в моем телефоне, с каждым вдохом свежего горного воздуха.

Где-то внутри меня, глубоко в подсознании, формировался план, что делать дальше.