— На это не уйдет много времени, — сказал Фахт-бей.

— Дальше. Все прибывающие корабли необходимо задерживать. Нельзя допустить, чтобы они поднялись в воздух с грузом наркотиков на борту.

Фахт-бей поморщился:

— Но команды будут возмущаться…

— Послушайте, — перебил его Хеллер. — Когда мы прилетим домой, я доложу обо всем его величеству или другим представителям власти и объясню, что я сделал и почему. В данном случае мой доклад — чистейшая формальность: на самом деле никого не интересует, что творится на незавоеванных планетах. Власти всегда поддерживают действия военных инженеров в отношении создаваемых или ликвидируемых баз. В любом случае у вас имеется мой письменный приказ, и я обещаю, что, если что-нибудь пойдет не так, я помогу вам.

— Вашего обещания вполне достаточно, сэр, — ответил Фахт-бей. — Видите ли, мне и многим моим людям просто противно заниматься наркотиками. Вы заметили, что никто из нас к ним не притрагивается? Наркотики — это ужасно!

— Аминь, — сказал Хеллер. — Я имел возможность наблюдать, как они медленно разрушают человеческий организм.

— Вот еще что, — вспомнил Фахт-бей. — Как поступить с преступниками, которым собирались изменить личность?

— Обещание есть обещание, — ответил Хеллер. — Вам не нужны враги. Доведите дело до конца. И впредь заводите только друзей.

— Постараюсь, — пообещал Фахт-бей. — Не могли бы вы подсказать, в каком направлении должна развиваться деятельность базы?

— Приобретайте друзей, — сказал Хеллер. — Подготовьте в короткий срок врачей-специалистов по борьбе с эпидемиями. Пусть Прахд поделится опытом по реабилитации организма после наркотической зависимости. Помогите здешним фермерам переквалифицироваться с мака на какую-нибудь другую, более безобидную сельскохозяйственную культуру.

Фахт-бей рассмеялся:

— Вы хотите сказать, что нам следует организовать фермерскую школу?

— А почему бы и нет? Конечно, у Флота и у его величества найдутся для вас другие задания. Может быть, понадобится, например, срочно эвакуировать жителей из этого района. Как знать? Но лучше не загадывать на будущее.

— Сэр, — сказал Фахт-бей, — мы бы предпочли при первом же удобном случае, хоть сейчас, покинуть это пустынное плато.

— Ну, знаете ли, жизнь — это не карамельки и не розовые мыльные пузыри. Но когда-нибудь вы обязательно попадете домой.

— Спасибо вам, офицер Хеллер. Вы будто вернули нас к жизни. Я и все мои люди будем благословлять вас до конца дней своих.

Меня едва не стошнило, когда я услышал эту восторженную речь. (…) Хеллер! Но если разговор зашел о конце дней, я постараюсь с помощью Батальона Смерти организовать его как можно раньше.

Я начал перебирать в уме все пакости, сделанные Хеллером, — теперь мне придется все начинать с начала. Если даже мы уничтожим сплетенную им мощную паутину, все равно этого будет недостаточно. Да, можно, конечно, разбомбить Охокихоки, Детройт и Эмпайр Стейт Билдинг, но вряд ли это поможет моему горю. Помимо Батальона Смерти я возьму с собой военную эскадрилью Аппарата и с их помощью уничтожу все существующие на Земле военные базы и штаб-квартиры правительства, которые откажутся выбросить белый флаг.

Перед моим мысленным взором появилось лицо Роксентера: вот он, оборванный и несчастный, свернувшийся калачиком на скамейке в аллее среди мусорных корзин; я подхожу к нему, сияющий великолепием военной формы Волтара, в сопровождении криминальных агентов Аппарата и говорю: "Делберт, вы помните меня?" Он тяжело вздыхает, падает ниц и восклицает: "Великий Боже! Инксвитч, мой семейный шпиён!" А я ему в ответ: "Теперь я этим не занимаюсь, Роки, старина.