«Когда я успела стать такой плаксой?» – подумала она про себя.

Но на этот раз никто ей не ответил. Взгляд девочки упал на расстёгнутый рюкзак и лежавший рядом манускрипт:

– Чёртово дерьмо, это всё из-за тебя! – прорычала она, глядя на кожаный переплёт.

Пододвинув книгу к себе, Катрин нервно откинула обложку в сторону и с видом полного безразличия принялась листать страницы. Большинство картинок сопровождалось огромными колонками плотного текста. Маленькие противные буковки жались друг к другу и наводили тоску. Несмотря на это, многие заклинания состояли всего из пары фраз, а иногда попадались и просто рисунки без подписей. Страница за страницей Катрин разглядывала возможности манускрипта, принадлежавшего древнему ордену, о котором девочка ничего не хотела знать. Попадались ей и уже знакомые заклинания. Например, она наткнулась на картинку куклы, которая похищает волю человека. Недавно ведьмочка сшила подобную вещицу, чтобы управлять с её помощью одним уродом. Жаль, но она не помнила деталей произошедшего.

Примерно на середине книги Катрин наткнулась на весьма любопытный рисунок, который, кажется, подходил к её ситуации. Почти на всю страницу был изображён открытый амбарный замок, поверх него был нарисован какой-то знак или символ. Остроугольный орнамент, очерченный неровными расплывшимися линиями, был нанесён тёмно-бурой краской. Текст под рисунком отсутствовал.

«Значит орнамент и есть ключ!» – догадалась Катрин.

Вскочив с пола, она бросилась к полкам в поисках чего-нибудь подходящего для нанесения рисунка на поверхность. Катрин металась по комнате, но под руки, как назло, не ничего попадалось.

«Что это за магазин такой, в котором нет элементарного карандаша?»

Тут она вспомнила про камин и, схватив кочергу, не раздумывая, поспешила в подсобку. Разворошив золу, Катрин наткнулась на несколько обугленных головёшек. Обрадовавшись собственной смекалке, девочка метнулась к входной двери и, держа в одной руке книгу, а в другой уголёк, принялась чертить символ. Ничего сложного этот рисунок собой не представлял, и маленькая ведьма управилась меньше чем за минуту. Когда последняя линия коснулась самой первой и рисунок замкнулся, Катрин дрожащей рукой схватилась за ручку в надежде на успех. Но чуда не произошло. Книга тут же была брошена на пол, а кулаки девочки начали колотить по двери. Разбивая костяшки пальцев, девочка била по дереву и стеклу. На разодранной коже начала проступать кровь. Обозлённая неудачей, она не чувствовала боли. Очередной удар пришёлся в область замка́, и на угольно-чёрном рисунке отпечатался кровавый след.

В эту же секунду линия орнамента загорелась, точно новогодняя гирлянда. Катрин остановилась и опустила руки. Те места на двери, куда попала кровь, стали ярче. Они буквально сияли. Ведьмочка снова открыла книжку на нужной странице.

«Багровая краска – это не краска, а кровь! И почему я не удивлена? Глупо было ожидать чего-то другого от подобной книги».

Катрин сделала несколько мазков кровью, но того, что вытекло из ссадин, было недостаточно, а вот пальцы уже начало ломить и щипать от недавнего «бокса». Рука сама потянулась к поясу, где висел серп. Девочка мысленно представила, как рассекает кожу на пальце, и тот адреналин, что захлестывал её, тут же испарился вместе со всей смелостью.

«Я не смогу», – подумала она и, резко потянув за чехол, не заметила, как порезалась.

Серп был очень острым, как и говорила Вера. Катрин не почувствовала боли, но увидела, как из рассечённого пальца хлынула тёмно-красная жидкость, запачкав одежду, пол и книгу.