Батяня вышел из беседки и двинулся по тенистым дорожкам, петлявшим среди вековых деревьев, оставляя за спиной экскурсантов, внимавших словам гида. Майор вышел на набережную, где взгляд притягивали красотки, прогуливающиеся то в сопровождении спутников, то без оных. Батяня уже успел осмотреть окрестности Мецони. Он ознакомился и с храмом десятого века, в котором проводились вечера органной музыки, и с живописными руинами римско-византийского города-крепости Метиус.

Впереди, рядом с многоэтажными зданиями курорта виднелся знаменитый Мецонийский маяк, прежде помогавший кораблям верно держать курс в ночном море. Когда-то он являлся главной точкой в ночи, которая вела, направляла, а то и спасала моряков. Теперь он сохранялся только как историческая достопримечательность, поскольку с развитием техники его служба уже закончилась. Новый маяк был установлен на крыше пятнадцатиэтажного корпуса пансионата.

Горячее солнце уж очень щедро дарило свое тепло, и сейчас хотелось охладиться. Батяня выбрал один из многочисленных баров, выстроившихся на набережной. Красочная вывеска с видавшим виды морским волком и попугаем, сидевшим на его плече, гласила: «У капитана». Устроившись за стойкой, майор взял бокал пива, положил рядом с собой пачку сигарет и пододвинул пепельницу. Бокал пенного напитка приятно холодил руку и не менее понижал температуру тела внутри. Прихлебывая пиво, Батяня задумчиво смотрел на разноцветные бутылки за спиной бармена. Нет, что ни говори, а этот отдых явно не для него – Лаврову просто нечего здесь было делать. Вообще, он пришел к выводу за эти несколько дней, что отдыхать, тем более в таком варианте, он не привык. Естественно, большинство сослуживцев ему бы только позавидовали, но – ничего не поделаешь. Тем более что в санатории не встречалось близких ему людей – все больше штабные, с которыми у него общего языка никогда и не было. Так что зеленая тоска душила за горло. В баре сидело несколько парочек, над головой гудел кондиционер, а делать было абсолютно нечего.

– Не помешаю? – послышался низкий хрипловатый голос, и над Батяней нависла массивная фигура отдыхающего примерно одних с ним лет.

Тот уже успел «принять на грудь».

– Не занято, – лаконично ответил майор.

Да, остаться в одиночестве надолго сегодня не удается. А как хорошо сейчас в горах, где никаких тебе назойливых соседей, а только тишина и свежий воздух вокруг…

– В десантуре служил? – кивнул незнакомец на старую «вэдэвэшную» наколку Батяни. – Я ведь тоже.

Он с гордостью продемонстрировал точно такой же символ на своем плече не проявляющему к этому интереса майору.

– Я-то сразу приметил: у меня, брат, глаз на такие вещи наметан! Настоящего бойца я всегда отличу, хоть в форме, хоть без нее. Меня Сергей зовут.