Мгновенно опустившаяся вниз рука Мика, маленькая, но сильная, заставила До Дука вспомнить о прошлом — оно как бы молнией пронзило его мозг.

— Вы, парни, в свое время разгребли приличную кучу дерьма, — сказал Мик. — Было бы чертовски обидно вас убивать.

До Дук почувствовал, что Рок приближается к нему, однако не сказал ни слова. Он продолжал изучающе смотреть на Леонфорте, пытаясь определить, что же все-таки случилось с ним. Когда-то До Дук слышал историю о двух офицерах морской пехоты, ставших своими среди дикарей, однако он подозревал, что это было бы слишком простым объяснением загадки Майкла. Что же с ним произошло? Где найти ключи к разгадке? А по напряженным лицам нунги До Дук видел, что те куда-то спешат.

— Мой полковник послал нас сюда, чтобы спасти тебя.

— Не вижу в этом ничего удивительного.

Он отпустил себе бородку, волосы у него были такие же темные и блестящие, как и у окружающей его охраны из горцев. Бородка была холеной, но не совсем вписывалась в требования армейских уставов. Щеки немного запали, а бездонная голубизна глаз, выдававшая в нем человека, давно отвыкшего от общества, ввела бы в ужас любого офицера военной разведки.

— Мая хозяева пытались отозвать меня отсюда, как только поняли, что послали не того человека не в то место.

— А тебя насильно вперли в эту военную разведку? — спросил Рок.

— Как вперли, так и выпрут, — ответил Леонфорте. — Я пошел своим путем — как Алиса в Стране чудес, очарованная словами Болванщика. — Он усмехнулся. — Чертовы сказочные герои. У всех у них имена типа Болванщика. Безумного Шляпника, Червонной Королевы...

— Мы собирались вызволить тебя из плена! — воскликнул Рок. — Какого же черта...

— Забудь разведку, помни о сказочных героях, — перебил Рока До Дук. — Поэтому-то они и вытащили тебя из тюряги и думали, что ты будешь теперь у них вечно на крючке. Либо ты их слушаешься — либо твоя задница снова на тюремной койке.

— И ты потеряешь доступ к Тысяче и одной ночи, так мне сказал Болванщик.

Леонфорте засмеялся, придирчиво глядя на До Дука.

— Да, ты более или менее правильно передал его смысл. Но он приставил дуло револьвера не к тому виску. Я не привык выслушивать угрозы, тем более — унижаться. Мой папа с детства учил меня не пасовать перед высокомерными ничтожествами.

Он невозмутимо пожал плечами.

— Какая, черт побери, разница? Они послали тебя за моим скальпом; мне же этого не хотелось бы.

Нунги навели автоматы на До Дука с Роком.

— Молитесь, говнюки!

До Дук понял, что пришла пора сблефовать.

— У нас и не было намерений тащить тебя обратно в штаб.

— Смешно слышать.

Леонфорте подошел к До Дуку и провел пальцем по его лбу.

— А ты вспотел, парнишка? — издал он какой-то горловой звук. — Что же могло привести тебя сюда, в мои владения?

Вот оно, наконец, то подтверждение, которого так дожидался До Дук. Мои владения.

— Зачем нам нужно было бы волочь тебя назад? — спросил До Дук. — Резать курицу, несущую золотые яйца?

Лицо Леонфорте вмиг помрачнело. Наступившая затем тишина длилась ровно столько, сколько потребовалось для того, чтобы волосы на загривке у До Дука встали дыбом.