|
Нам не было скучно. Кристина открывалась мне человеком глубоким, душевным, серьезным. Возможно, даже слишком серьезным для ее возраста. А еще она была несчастливой, хоть и не жаловалась на свою судьбу, но печаль скрывалась в каждом ее жесте, взгляде и сдержанной улыбке. Я не лезла к ней в душу, надеясь, что со временем мы сможем доверять друг другу. И сейчас я окончательно убедилась, что друзей нужно выбирать не наобум, а осторожно, чтобы однажды не стоять посреди улицы, как я, чувствуя, что ты один во всем мире. Хотя со звонком Крис это чувство стало потихонечку угасать.
-Крис? –ответила я, стараясь, чтобы голос не выдавал в каких я растрепанных чувствах. Но услышав Кристину, я тут же забыла о своих переживаниях. Некоторое время в трубке слышались лишь еле слышные всхлипы, но потом Кристина взяла себя в руки и охрипшим голосом начала говорить; -Ян, привет! -Привет! Ты в порядке? –обеспокоенно спросила я, имея в виду физическое состояние. Было и так понятно, что что-то потрясло мою всегда соблюдающую дистанцию знакомую, раз она не смогла сдержать в себе переживания, как делала всегда. -Нет. – ответила она односложно, пугая меня еще сильнее. А потом раздался смех и торопливое извинение, словно она устыдилась своего звонка, - Прости, Ян, не знаю, что на меня нашло. Все, как всегда, просто… Я не могла позволить ей в очередной раз закрыться и в одиночку со всем справляться. По себе знаю, как это сложно, да и мне сейчас тоже нужна была компания, хотя бы просто, чтобы кто-то был рядом. -Крис, приезжай ко мне. Посидим, отвлечемся, да и просто давно не виделись, - мягко предложила я. На другом конце возникла небольшая заминка, но после Кристина облегченно выдохнула, словно ответ дался ей крайне тяжело; -Я приеду. Где-то через час, хорошо? -Отлично, буду ждать. Чем тебя угощать? –с энтузиазмом резюмировала я. -Чем-нибудь покрепче, - со смешком отозвалась Кристина. -Это само собой, –хмыкнула я и попрощавшись, поспешила домой. Кристина приехала, как и обещала –через час. Пунктуальность была одной из ее отличительных черт. Но как только девушка вошла, я потеряла дар речи. Образец женственности, утонченности и грации вдруг превратился в девчонку с далекой глубинки, причем полностью лишенную даже намека на вкус; объемное зимнее пальто, размера на два больше Кристины, спортивные штаны мышиного цвета и уги, но самым нелепым в ее образе были очки. Они меня насторожили и напугали, особенно, когда Кристина, сняв верхнюю одежду, так и осталась в них. Я, не скрывая своей озадаченности, сверлила сей аксессуар тревожным взглядом, и Кристина тяжело сглотнув, медленно сняла их, повергая меня в ужас. Дело было даже не синяке под глазом, а в этом бескровном лице. Оно было похоже на застывшую маску. Маску боли, скорби и безнадеги. Перемены были настолько разительные, что я на мгновение растерялась. Кристина у меня всегда, несмотря на свою отстраненность и сдержанность, ассоциировалась с чем-то ярким, живым. Дело не в болтливости или суетности действий, а в энергетике, исходящей от человека. Если бы меня попросили охарактеризовать ее в трех словах, то первое, что приходит на ум - солнечная, медовая, теплая. Сейчас же передо мной был живой труп, и я боялась узнать, как произошло «убийство». Кристина мало говорила о своей жизни, но и того, что я знала, было достаточно, чтобы понять – жизнь у этой молодой, прекрасной женщины похожа на бесконечную борьбу. Встретив Кристину, я никогда бы не подумала, что ей уже тридцать и она мама десятилетнего мальчика, в котором черпает силы, чтобы каждый день просыпаться и продолжать борьбу за любовь, за благополучие семьи, за свое место в этой жизни. А она именно борется! Два года за жизнь мужа, который в результате остался инвалидом второй группы, а теперь с его ожившими демонами. Хотя Крис утверждала, что Павел замечательный человек, но глядя на ее лицо, я хотела, чтобы этот «замечательный» ублюдок провалился сквозь землю. |
