На повороте на улицу Кирова Максим и Андрей на «Волге» быстро обогнали контейнеровоз. «Волга» стала прижимать его к бровке. Водитель большегруза испугался столкновения и снизил скорость. В какой-то момент он попытался развернуть машину и объехать «Волгу», но в боковое зеркало увидел, что ехавшая сзади «шестерка» препятствует его маневру. Водитель не на шутку перепугался. Он не знал, чего от него хотят, и поэтому решил не искушать судьбу и подчиниться.

В это время пассажир «Волги» помахал ему, требуя остановиться. Водитель предпринял последнюю попытку оторваться, пытаясь свернуть, но и здесь ему не повезло — опять мешала «шестерка». Пассажир «Волги» достал пистолет и пригрозил. Ничего не оставалось, как остановиться.

Из «Волги» выскочил парень, ловко открыл дверь грузовика и заскочил в кабину:

— Если хочешь жить, делай, что я скажу, — прохрипел он и, достав нож, ткнул в бок водителя.

Водитель посмотрел на нож, и сердце его учащенно забилось. Нож был необычным, таких ему еще не приходилось видеть. Он обратил внимание, что рукоятка заканчивалась изображением орла с немецкой свастикой в лапах.

— Чего уставился! Езжай медленно и повернешь во двор, когда скажу, — хрипло скомандовал налетчик.

Они проехали еще несколько домов, когда потребовалось свернуть, и водитель послушно свернул. Что происходило потом — шофер сказать не мог, ему связали руки и ноги, а на голову накинули брезентовый мешок.

Водитель московской машины Анзор Саркисьян и Олег подогнали грузовик вплотную к контейнеровозу. Максим сорвал пломбу с контейнера и открыл его. Они впятером бегом перетаскали коробки в рефрижератор. Потом перегрузили коробки из второго и третьего контейнеров.

Олег заново опломбировал контейнеры. Максим запрыгнул в рефрижератор и из подворотни они двинулись в сторону Горьковского шоссе.

Олег же на «Жигулях» поехал на фабрику. Андрей снял с водителя мешок и, достав пистолет, велел ему двигаться по намеченному маршруту:

— Мы будем тебя сопровождать до конца отгрузки — пока контейнеры не будут погружены на платформу. Если поднимешь шум, мы убьем и тебя, и твою семью.

Тот только закивал. Андрей достал деньги и сунул их ему в карман.

— Здесь три тысячи, этих денег тебе хватит надолго.

Водитель больше боялся не за потерянный груз, а за себя и семью, и не геройствовал.

Контейнеровоз медленно выехал из узких ворот двора и медленно поехал вдоль улицы Кирова, рядом с водителем сидел Андрей и внимательно контролировал все действия перепуганного насмерть водителя.

— Как тебя зовут? — спросил Андрей.

Водитель, словно не слыша, молча вел машину.

— Ты что, козел, чурка с глазами, не понимаешь меня?

— Вагапов я, Вагиз, — чуть слышно выдавил водитель.

— Где живешь? — спросил Андрей и залез к нему во внутренний карман куртки, где находились документы.

Водитель вел словно на автопилоте. Он всю сознательную жизнь прожил в деревне, пахал, собирал урожай и, если бы не дети, которые поступили учиться в городе, он бы по-прежнему жил в деревне.

Вагапов работал на фабрике уже пять лет и не помнил ни одного подобного случая нападения на их машины.

Андрей посмотрел на часы, они показывали пять часов тридцать минут московского времени.

«Хорошо сработали, — подумал Баринов. — На все потратили чуть больше двух часов, и все прошло как по маслу».

Миновав поселок Игумново, водитель контейнеровоза стал притормаживать, однако, увидев в руках Андрея пистолет, вновь увеличил скорость. Минут через пять контейнеровоз повернул на погрузочную площадку станции «Лагерная».