– Опохмелочная чуть дальше, дядя, – глумливо улыбнулся швейцар, чуть склоняясь в издевательском поклоне и указывая рукой на павильон с пивом. – А здесь для больших пацанов. Читать умеешь? – ткнул он пальцем в помпезную вывеску казино.

Першина захлестнула горячая волна стыда и ненависти: он-то, зная, что предстоит визит в храм золотого тельца, оделся сегодня во все лучшее – и вдруг такой прием!

– А ты? – заученным движением сунул Першин ему под нос свою красную корку.

Документ не произвел на привратника впечатления.

– На Арбате, что ли, купил? – ухмыльнулся он. – Почем они там сейчас? Мне вот пацаны подарили две таких же: «Начальник Чукотки» и «Дважды еврей Советского Союза». А у тебя какая-то отстойная ксива. Ну ладно, кочумай, дядя, мне работать надо, – мягко подтолкнул швейцар Анатолия Юрьевича к ступенькам, ведущим вниз.

Взбешенный следователь сунул было руку за пазуху, но вспомнил, что оставил табельный пистолет в бардачке машины. Он вперился ледяным взглядом в перебитую переносицу хохмача-переростка и приказал тяжелым и властным голосом, выработанным годами ежедневных допросов:

– Немедленно пропустить к Козыреву!

Не ожидавший такого наезда от невзрачного затрапеза, верзила съежился и посторонился.

– Сразу надо было сказать. Пройдите в холл, пожалуйста, ему доложат.

Доложили очень оперативно, потому что в холле Першина встретили без тени удивления, – очевидно, швейцар тут же сообщил по связи о визите из прокуратуры. Через минуту к нему вышел среднего роста господин с явно военной выправкой, чье лицо было отмечено двумя едва заметными шрамами, тянущимися от уголков глаз к нижней челюсти, отчего их выражение сохранило постоянную печаль, даже во время приветливой улыбки.

– Машков Павел Павлович, – представился он, – начальник местной службы безопасности. Петр Ильич Козырев, наш директор, сейчас спустится, а вы, Анатолий Юрьевич, пройдите в мой кабинет – там и переговорим.

Першин отдал должное недалекому на первый взгляд парню на входе: треп трепом, а он вполне профессионально сработал – даже имя и отчество гостя запомнил и сообщил по рации, хоть и принял его удостоверение за липу. Явно серьезная тут служба безопасности. Следователь оглядел кабинет ее начальника и еще раз убедился в солидности заведения, в которое попал: черная офисная мебель, рабочее кресло, обтянутое натуральной кожей, мощный компьютер на столе – все это вполне могло бы украсить владения управляющего каким-нибудь банком. Машков усадил гостя в мягкое кресло у журнального столика, а сам подошел к шкафу и раскрыл небольшой бар.

– Хотите что-нибудь выпить? – совсем как в американском кино, предложил он, отчего Першин почувствовал себя этаким лейтенантом Коломбо.

– Спасибо, но я на службе, – сглотнул он слюну при виде батареи бутылок с импортными этикетками, что не укрылось от внимательно наблюдающих за ним глаз с приспущенными уголками.

– Но я имел в виду не спиртное, – улыбнулся Машков. – Есть кола, боржом…

– Нет. На улице совсем не жарко, – снова отказался во имя сохранения своей независимости Першин. – Но где же ваш начальник? У меня времени в обрез, – нетерпеливо поерзал он своими китайскими джинсами «Версаче» по скрипучей коже кресла.

– Сейчас будет, – пообещал Машков. – Небось, перехватил кто-нибудь по дороге. Мы же сейчас без управляющего остались – приходится нам двоим решать все вопросы.

– Вот как! А куда же делся ваш управляющий? – пошел в разведку боем следователь.