Брета по-прежнему молчала. К глазам у меня подступили слезы отчаяния.

— Брета, что могло интересовать вашего отца здесь? В этом месте, — сказала я, показывая на карте пересечение линий, которые провели мы с Алексом. — Я не могу объезжать весь район. Нет времени. Брета, это вопрос жизни и смерти.

Моя просьба была встречена молчанием. Я была так расстроена, что даже не могла плакать. Повернулась и пошла к двери. Едва взялась за дверную ручку, позади послышались шаги Бреты. Я повернулась. Брета смотрела на меня, смотрела в лицо.

— Ушна, — сказала она. По крайней мере, это прозвучало так. — Холм Ушна. Найдите камень, Айл на Миреанн.

— Спасибо, Брета, — сдавленно произнесла я и побежала к своей машине.

Я понеслась по полуострову Дингл к Трале, потом по шоссе номер двадцать один к Лимерику, потом по шестому шоссе через Эннис, Горт и Лугрею, потом через Баллинслоу к Атлоне. Я нервничала, шоссе большей частью были двухполосными, на них особенно не разгонишься, к тому же то и дело принимался лить дождь, и покрытие было скользким. Дорога заняла у меня почти четыре часа, я сделала одну остановку, чтобы выпить кофе и заправиться бензином, другую — чтобы попытаться связаться с Робом в гостинице или в полиции. Я кляла себя за то, что не взяла сотового телефона. Я оставила ему записку, и могла только надеяться, что он уже в пути.

Эти четыре часа я не только вела машину, но и думала — о сокровище и нарушенных гейсах, отцах и дочерях, неподобающей любви, загубленных жизнях и мести. Я также твердо знала, что важна Дженнифер, а не сокровище, что тут дело не в богатстве, а в подмененной жизни. Доехав до Атлоне, я знала, кто будет там. Я действовала методом исключения. В сущности, оставалась только одна возможность. Денни рассказывал правдивую историю. Да, он слегка изменял место, добавлял немного фантазии и счастливый конец, чтобы вызвать у Эмина Бирна слезы радости. Конец счастливым быть не мог, это я знала. Но мне нужно было найти Дженнифер.

В Атлоне я подъехала к заправочной станции навести справки. Заправщик был молодым человеком.

— Я ищу место, называемое холм Уснех, — сказала я, произнеся «Ушнех», как Брета.

— Никогда о нем не слышал, — ответил парень. — Это здесь?

— Да, — сказала я. — Где-то между Атлоне и Муллингаром.

Он пожал плечами.

— Спросите у моего отца, — сказал он и указал подбородком в сторону конторы.

— Я ищу место под названием Уснех, — сказала я двум мужчинам в конторе; один из них, видимо, был отцом заправщика, другой, как я предположила, — дедом.

— Не знаю такого, — ответил отец.

— Что она говорит? — спросил старик.

— Уснех, — повторила я.

— Ясно, — сказал старик. — Холм Уснех. Поезжайте по долине, — сказал он, выведя меня наружу и указав направление, — в сторону Муллингара. На выезде из города будет развилка. Не знаю, есть ли там указатель, так что смотрите не заблудитесь. Это довольно далеко, но если поедете по долине, он будет слева. Вы поймете, что почти на месте, увидев пивную под этим названием. На ней будет небольшая вывеска, больше почти ничего.