— При чем тут социальный статус? — простонал Кеша. — Ты на нем просто помешана. Не все в жизни можно измерить твоим положением в обществе, есть и другие ценности.

— Неужели?

— Представь себе, — Иннокентий, казалось, совсем не обратил внимания на мой издевательский тон. Обидно. Теряю квалификацию. — Да и насчет того, что астрология не способна приносить денег, не могу с тобой согласиться. Возьмем для примера Вольфганга Ангермейера…

— Это по его фамилии назвали болезнь?

— Нет, болезнь назвали по фамилии Анцгеймера, а этот — Ангеймер. Излишняя эрудиция тебя погубит, Эфа. Так вот, кто знал Вольфганга до того, как он начал заниматься астрологией? Только родные и близкие. Ну, еще пара кредиторов. Астрология изменила в его жизни все. Теперь любой образованный человек в мире, подчеркиваю, образованный, — он выразительно посмотрел на меня. — Знает, что Вольфганг Ангеймер — известнейший профессионал высочайшего класса по экономическим вопросам. Другими словами, он — отец экономической астрологии. Понимаешь? В 1978 году Ангеймер организовал и основал собственное предприятие, которое практически сразу стало пользоваться просто сказочным успехом. Естественно, появились завистники, тогда Вольфганг сделал ход конем. На астрологическом симпозиуме в Вене он прочитал уникальный во всех отношениях доклад «Астрология — экономика и финансы с космологической точки зрения». Сказать, что этот доклад потряс весь экономический и финансовый мир, значит, не сказать ничего. Это была настоящая астрологическая бомба, которая достигла как запада, так и востока. Ангеймер первым доказал (причем не только в теории, но и на практике), что все процессы на мировом рынке зависят от влияния транзитных планет и звезд, которые в свою очередь зависят от соотношения планет в гороскопах государств и городов, отдельных корпораций, трестов и концернов.

— Ну и что?

— А то, что все это можно предсказать и прогнозировать уже на многие годы и даже — десятки лет вперед. Ангеймер не остановился на сделанном открытии, он значительно усовершенствовал свою методику: его прогнозы считались и считаются самыми безошибочными. Не мудрено, что его фирма завалена заказами. Хотя стоит бизнес-космограмма весьма недешево. Но игра стоит того. Факт остается фактом: у Вольфганга Ангермейера самая обширная клиентура. Особенно его популярность выросла после предсказания биржевого краха 1987 года и экономического кризиса осенью 1989 года.

— У нас? — встрепенулась я.

— У них, — покровительственно похлопал меня по плечу Кеша. — Но если бы наши господа-товарищи обратились к экономическому астрологу в 1998 году, а еще лучше — в 1997 году, думаю, многих финансовых катастроф удалось бы избежать.

Я вспомнила очереди у банков, девальвацию и рубля, и доллара, пустые полки в магазинах и поежилась. Не будем о грустном.

— Не будем, — легко согласился Кеша. — Давай лучше о высоком. Ты не виновата в своем скептическом отношении к астрологии. Долгое время эта наука была изгоем. Потом стала уделом шарлатанов. ХХ век стал началом ее расцвета. Особенно здесь преуспели американцы.

— Кто бы сомневался. — пробурчала я, изучая карту. Черт бы побрал эти питерские дороги, свернешь не туда, потом три часа будешь обратно выбираться. А я, кажется, уже несколько раз сворачивала не туда. — Ну что там, американцы?

Кеша приосанился и выудил из кармана шубы пухлую тетрадку. Ага, все-таки не наизусть талдычит, время от времени сверяется с конспектом. Кеша нетерпеливо пролистнул несколько страничек, нашел:

— В середине 60-х годов д-р Харлан Т. Стетсон из Массачусетского технологического института заявил на конгрессе Электрического общества в Нью-Йорке: «Если взаимосвязь между влиянием космических факторов и Земли не является простым совпадением, то их исследование может положить начало новым наукам — соляристике и лунаристике, которые можно считать современной научной версией средневековой астрологии.