Затем, слыша его шаги в холле и стук закрывшейся двери, миссис Биттаси ясно осознала, насколько широка пропасть между ней и мужем. Она возникла из-за той, другой любви. Все лето, неделя за неделей, когда ей казалось, что они так близки, а в особенности теперь, когда она совершила величайшую жертву в жизни, оставшись рядом ради того, чтоб помочь, муж медленно, но уверенно отдалялся. Отчуждение было свершившимся фактом. Все это время оно назревало, и теперь между ними зияла широкая, глубокая трещина. По ту сторону пустого пространства открывалась безжалостная перспектива. Сначала вдали еще неясно виднелось лицо мужа, которого София нежно любила и когда-то боготворила, но потом можно было различить только маленькую, уходящую прочь фигурку, а ей оставалось только смотреть вслед.

Вечером они в тишине пили чай. Жена не задавала вопросов, он не собирался распространяться о том, как провел день. Сердце у нее стучало, и ужасающее чувство одинокой старости охватило ледяной изморосью. Она смотрела на мужа, готовая исполнить любое желание. Растрепанные волосы, ботинки с налипшей черной грязью, движения нетерпеливые, размашистые — от всего этого у нее начинают пылать щеки, а по спине пробегает неприятная дрожь. Сразу вспоминаются деревья. И глаза у него горят, как никогда.

Дэвид принес с собой запахи земли и леса, от которых она задыхалась. Ее почти неуправляемая тревога достигла высшей точки. Миссис Биттаси заметила в освещенном лампой лице мужа следы блаженства — словно это испещренный тенями лес блаженствовал в лунном свете. Лицо сияло новообретенным счастьем, к которому она не имела никакого отношения.

В кармане пальто у него лежала буковая веточка с увядшими желтыми листьями.

— Принес это из леса для тебя, — произнес он, как много лет назад, со всей преданностью, которая сопровождала трогательные акты почитания супруги.

И она механически взяла веточку, улыбнувшись и пробормотав «большое спасибо, дорогой», а он, не ведая, вложил ей в руки гибельное оружие.

Когда закончилось чаепитие и Биттаси вышел из комнаты, он двинулся не к себе в кабинет или в гардеробную переодеться. София слышала, как мягко захлопнулась за ним входная дверь, когда он снова направился в лес.

Минуту спустя она была наверху, у себя в комнате, преклонив колени рядом с кроватью, — в потоке слез она горячо молилась, чтобы Господь уберег мужа и оставил с ней. Во время молитвы ветер за ее спиной бился в оконные стекла.

VIII

Однажды в солнечное ноябрьское утро, когда напряжение дошло до такой степени, что сдерживать его было почти невозможно, миссис Биттаси подчинилась импульсивному решению. Муж ушел на целый день, взяв завтрак с собой. Она рискнула пойти за ним. Желание увидеть все своими глазами было сильнее ее, толкая на странный поступок. Оставаться дома и в бездействии ждать его возвращения вдруг показалось невмоготу. Ей хотелось узнать то, что доступно ему, испытать то, что чувствует он, поставить себя на его место. Она осмелится разделить с ним очарование леса. Это очень рискованно, но прибавит знания, как помочь и уберечь мужа, даст большую силу. Но сначала она поднялась наверх для короткой молитвы.