|
И не хочу, чтобы от его действий страдали люди, Вить. Я ощущаю вину за смерть твоего друга и других жителей. Мне все чаще кажется, что я запуталась… Но ты всё еще можешь мне доверять.
– Джема?
– Да, – откликнулась она.
– Скажешь мне, если захочешь остановиться, ладно? Я всё пойму.
– Этого не будет.
Послышался тяжелый вздох.
– Сможешь завтра освободиться днем?
– Я постараюсь, – улыбнулась девушка. – А знаешь, давай лучше сделаем так. Я скажу, что у меня учеба, потом научный кружок, а ты заберешь меня утром, прямо перед первой парой?
– Уверена? Проблем не будет?
– Я и так учусь лучше всех. – Она провела ладонью по лбу и прихватила прядь волос. – От парочки прогулов ничего не будет.
– Тогда договорились.
На следующее утро, когда они с мачехой подъезжали к академии, Джема сразу выхватила взглядом знакомый байк и фигуру парня на стоянке. Щеки моментально вспыхнули, и она отвернулась в другую сторону, чтобы не выдать себя.
– Пары, потом кружок, библиотека, – произнесла девушка заученный накануне текст почти скороговоркой, – позвоню, как освобожусь.
– Хорошо.
Автомобиль остановился, она вышла, махнула Розе на прощание и взлетела вверх по лестнице. Дойдя до двери, обернулась. Пришлось махнуть еще раз. Вошла в здание, прошла мимо раздевалки, приникла взглядом к окну. Дождалась, пока машина отъедет, сосчитала про себя до двадцати и осторожно вышла на крыльцо. Студенты продолжали прибывать, торопливо поднимались по ступенькам, оживленно болтали.
Джема отошла в сторону, дождалась, когда Лина и другие однокурсники войдут в здание, а потом спустилась вниз. Парень не стал дожидаться, пока она пройдет к стоянке, и подъехал к лестнице. Мотоцикл с рычанием развернулся и оказался прямо перед Джемой.
«Он точно ненормальный. Ничего не боится!»
Девушка села, обхватила его за талию, прижалась к спине, и байк резко тронулся, оставив за собой темную полосу от шин. Он уносил их все дальше и быстрее, и Джеме совершенно не хотелось оглядываться или задумываться, что она делает не так.
– Размножим этот рисунок и оклеим им все стены! – предлагал Давид.
Они сидели в студии над гаражом и уже второй час ожесточенно бились над эскизами.
– Предлагаю вот этот, – ткнул пальцем Филя. – Сделаем большой постер из нескольких частей, там склеим.
– Там на каждые три метра по окну, – потягиваясь ленивой кошкой, протянула Белла.
Она разлеглась на диванчике, катая во рту леденец на палочке.
– Значит, заклеим окна! – предложил Жора.
– Это мысль, – поддержал Виктор.
– Если сделать постеры по размеру окон и оклеить все окна первого этажа, то будет выглядеть классно и точно привлечет внимание, – рассуждала Джема, перебирая эскизы. – И не надо будет делать большие плакаты и склеивать. У нас ведь не так много времени, да?
– Да, – согласилась Белла, – печать занимает время, поэтому нам лучше определиться и поторопиться.
– Но граффити продержалось бы дольше, – заметил Фил.
– И все равно его закрасят, – возразила Белла, – мы же сейчас не про искусство, у нас протестная акция.
– Главное – привлечь как можно больше внимания, – согласился Жора.
– Значит, опять придется проворачивать все под утро.
– А чтобы сложнее было избавиться от постеров, – задумчиво произнес Давид, – мы можем оклеить ими не только окна администрации, но и окна близлежащих зданий. |