Мойра…

Он чувствовал себя неловко, вспоминая ее утренний визит. Вчера вечером он тихо сообщил ей, что рано утром Лилли уезжает и что в это время она может к нему зайти. Она пришла и, увидев Кэрол, изумленно и вопросительно взглянула на Роя.

Кэрол уселась в гостиной вместе с ними. Ей, по-видимому, казалось, что это вопрос вежливости, а потому она пыталась заводить разговоры о погоде и прочей подобной ерунде. После, наверное, самых долгих в мире тридцати минут она извинилась и исчезла на кухне. Мойра повернулась к нему, поджав губы.

– Я пытался ее отослать, – оправдывался Рой. – Я просил ее выйти прогуляться на несколько часов.

– Пытался? Если в на ее месте была я, ты бы просто сказал, чтобы я выметалась прочь.

– Извини, – повторил он. – Я тоже хотел побыть наедине с тобой.

Он быстро обернулся назад, потом подошел к креслу, где она сидела, и обнял ее. Она поддалась его поцелую, но не ответила на него. Он снова ее поцеловал, водя руками по ее телу, исследуя мягкие, сладко пахнущие изгибы. После нескольких недель вынужденного воздержания и постоянного соблазна, исходившего от Кэрол, он хотел Мойру как никогда. Но она резко оттолкнула его.

– И сколько еще ты собираешься тут прожить, Рой? – спросила она. – Когда ты переедешь в гостиницу?

– Точно не знаю. Наверное, скоро.

– Ты не особо торопишься, как я погляжу. Тебе тут нравится.

Рой смущенно ответил, что жаловаться ему не на что. О нем здесь заботятся гораздо лучше, чем было бы в гостинице, и Лилли очень хочет, чтобы он остался.

– Уверена, что хочет, и не сомневаюсь, что заботятся тут о тебе просто обалденно!

– Что ты имеешь в виду?

– Не придуривайся! Я видела, как ты пялился на эту набитую дуру! Или ты совсем размяк, или думаешь, что она слишком хороша, чтобы с тобой трахаться. Она хороша, а я нет!

– Ради бога! – Он покраснел. – Прости, что наша сегодняшняя встреча… Я не мог отделаться от нее, потому что она бы обиделась…

– Ну разумеется, не мог!

– Скажем просто: я ничего не смог сделать, – сказал он, устав от извинений.

– Ладно, забудь. – Она взяла перчатки и встала. – Если это устраивает тебя, то и меня устроит.

Он проводил ее до прихожей, пытаясь загладить свою вину, но не слишком унижаясь. Она ему нравилась, и он хотел ее больше обычного, но все-таки не желал полностью попадать в ее силки.

– Я скоро уеду отсюда, – уверил он ее. – Мне все это надоело еще больше, чем тебе.

– Ну… – Она испытующе улыбнулась, вглядываясь темными глазами в его лицо. – Не знаю, не знаю.

– Вот увидишь. Может быть, на эти выходные съездим в Ла Джоллу.

– Может быть?

– Почти наверняка, – сказал он. – Я тебе позвоню, ладно?

Что ж, на некоторое время ему удалось сгладить острые углы. Но ему удалось лишь восстановить статус-кво, и больше ничего. Неудовлетворенное желание пожирало его изнутри. Что-то нужно со всем этим делать, подумал он. И с присутствием Мойры, и с Кэрол, которая всегда рядом…

Кэрол. Он подумал, что же ему делать с ней. И делать ли вообще? Она выглядела совершенной девственницей, и если так, то вряд ли что-то изменится. Она останется девственницей, – по крайней мере, он так думал. Но внешность бывает обманчива, и иногда случалось, что она поддавалась на поцелуй или на мгновение прижималась к нему, и в эти минуты он не был так уж уверен в своей правоте. Скорее всего, он судил о ней совсем неверно.