– Возвращайтесь к нам поскорее, – попросила Сента Салма, завершая программу, – и приводите с собой вашего пса Шрёдингера. Уверена, у вашей собачки есть что нам рассказать.

– Выглядит она неважно, – заявил Кишот, – но уже очень скоро мне будет видна Дорога, и мы будем вместе.

– Он всегда такой, – пожаловался Санчо Женщине-Трамплину, – вечно несет что-то подобное.

– Настало время рассказать о Внутреннем Событии, – ответила она.

В районе Кипс-Бэй, что означает “залив Кипа”, давным-давно нет никакого залива, спасибо мелиорации прибрежной полосы, забыто и имя старого Якоба Хендриксена Кипа, чей дом стоял на месте, где ныне Тридцать пятая пересекается со Второй. Поговорите с завсегдатаями большого кинотеатра в южной части района, и вы узнаете, что они помнят множество выдуманных сражений между людьми и охраняющими их супергероями, с одной стороны, и различными космическими монстрами, суперзлодеями, барлогами и орками – с другой, но очень немногие смогут вам хоть что-то рассказать про реальную высадку в Кипс-Бэй 1776 года, одно из первых сражений войны за независимость, когда американские ополченцы улепетывали от британцев, а Вашингтон вскричал в возмущении: “И это люди, с которыми я должен защищать Америку?” История о Мэри Линдли Мюррей, гранд-даме, которой принадлежала ферма Ингленберг – место, где она находилась, сейчас называют горой Мюррей, – Мэри Мюррей задержала наступление британцев, пригласив их генерала Хоу отведать пирога с вином, и тем самым позволила остаткам повстанческих войск Патнэма закончить отступление… Отложим эту историю до другого раза. Мы все бродим среди теней своего прошлого, забывая свою историю, а значит, ничего не зная и про себя самих.

Прямо как нынешний Кишот. Пылкий влюбленный, алчущий прощения, он сидел в темной гостиной своей полусестры, а вокруг носились вызванные ее ворожбой призраки, одним из которых был тот, кем он сам был когда-то. Они заказали китайскую еду и накрыли на стол, но Кишот не мог есть, он чувствовал, что теряется в сгущающейся тьме, дополненной печалью давно минувших дней. Почему он был таким, почему им владели зависть, подлость, дух соперничества и грубость? Он не мог сказать. У него больше не было доступа к той части своего я. Причиной этому стало то, что случилось однажды ночью в Кипс-Бэй много лет назад.

На самом деле его квартира не была уж такой плохой. Там были высокие потолки, тихие соседи, и в ней у него получалось довольно много работать. В описываемую же ночь она чуть не стала его могилой. Ему снился кошмар, во сне он как будто проснулся в собственной спальне и увидел в ногах кровати неясный силуэт, который смотрел прямо на него, но ничего не говорил. Во сне он понял, что его непрошеный гость – это и он сам, точнее, его тень, и сама Смерть. От ужаса он проснулся. Было три часа утра. Он сел в кровати, включил ночник и долго не мог унять сердцебиение. В комнате, конечно же, никого не было, и чтобы успокоиться, он выпил воды и встал, чтобы сходить в туалет. Тогда-то и произошло Внутреннее Событие. Это было что-то вроде взрыва в голове, где-то между ушами. Он потерял равновесие, рухнул на пол и отключился. Когда через какое-то время к нему вернулось сознание – прошли минуты или годы, он не мог этого сказать, – он первым делом удивился, что не умер. Через какое-то время к нему пришло новое осознание: он больше не может двигаться. Его мобильный лежал на тумбочке у кровати, там же где стоял стационарный аппарат, которым он, из некоторой старомодности, тоже продолжал пользоваться, а он валялся на полу спиной к ним. И значит, был абсолютно беспомощен.

Ему понадобилось два дня, чтобы развернуться и доползти до тумбочки.