Джанк наблюдал за Каузи и говорил себе: с этим парнем что-то не так. Он заявил, что ему позвонила Тереза, дала адрес Джанка и велела ждать ее здесь. Значит, она в безопасности. Или Каузи явился, чтобы подставить его. Снова два варианта, опять придется думать! Но Джанк был уверен — дело дрянь.

Тут ему пришло в голову объяснение: может, парень напрягается из-за допроса?

— Значит, в полиции с тобой еще не говорили? — спросил он.

Каузи оторвал взгляд от стены и отрицательно покачал головой:

— Я смылся, когда они стали всех сгонять в кучу.

— Почему?

Каузи понизил голос:

— Не хотел отвечать ни на какие вопросы о турагентстве. Там гуляют грязные деньги. Если копы что-то разнюхают, Берджис может подумать, будто это я настучал. Мне нужно быть осторожным, хотя мое дело сторона, но он дал мне работу…

Джанк наконец понял, что не в порядке с Каузи: парень не был под кайфом. Да он же в любую секунду ждет беды.

Каузи понизил голос до шепота, и Джанку пришлось вытянуть шею, чтобы разобрать слова.

— Я вот подумал, может, мне следовало поговорить с копами? Одна женщина подошла ко мне в «Уор-пе» и спросила про Йена. Это было за несколько часов до того, как его убили. Может, надо было сказать им.

— Почему ты этого не сделал?

Каузи, очевидно, хотел пожать плечами, но движение вышло похожим на нервный тик.

— Она мне понравилась. И сама на меня запала… кажется.

Джанк выдержал паузу.

— Это была не женщина, а мужик, старая любовь Берджиса.

У Каузи отвисла челюсть.

— Ох, дерьмо!

Тереза рассказала парню не слишком много. «Очень разумно», — мысленно одобрил Джанк. Он терялся в догадках, зачем она попросила Каузи ждать ее здесь.

В дверь снова позвонили: появилась Тереза. Джанк подвел ее к окну, чтобы получше рассмотреть разбитое лицо, и поспешил успокоить, объяснив, что фингал под глазом — вопрос времени. Волноваться о носе тоже нет причин. Каждому когда-нибудь расквашивали нос. Так что все в порядке — конечно, если Джанк сумеет ее защитить.

— Ты отделалась от Берджиса? — спросил он.

— Его арестовали час назад, и я сбежала.

— А что с Бернардом?

Тереза пожала плечами. Она не знала.

— Нам нужно уходить, — сказал Джанк.

А Берджис в эту минуту как раз закончил конфиденциальный разговор с адвокатом, и тот передал ин-

струкции Бернарду. Берджис требовал немедленно отловить Джанка и избить его до полусмерти. Все прояснилось, колесо закрутилось, куры возвращались в курятник.

— Я все еще нужна Берджису? — спросила Тереза. Джанк не знал. Он успел забыть и свои логические построения, и решения, к которым пришел. В этой жизни он хорошо и четко делал одно: сочинял раскадровку и покуривал травку в собственной гостиной. Внезапно он вспомнил: квартира «сгорела».

— Мы должны делать отсюда ноги, — объявил он. Но Тереза хотела продолжить разговор:

— Я знаю, что за бизнес у Берджиса.

Джанк кивнул — Каузи уже сообщил ему. Это не так важно, им пора уходить.

— Он отмывает деньги, — не унималась Тереза. Джанк снова кивнул — он знает. Берджис всегда этим занимался — еще в те времена, когда любой владелец клуба сам вел бухгалтерский учет, решая, приписать или вычеркнуть нули в итоговой строке доходов и расходов в годовом отчете. При аудите Берджис обычно заявлял, что его клуб регулярно посещают две тысячи клиентов.