— Руки? — впав в полнейший ступор, спросил Михаил. Он с недоверием смотрел на презент, который я держал.

— Да, для начала их придётся подогнать, примерить, потом заряжать…

— Мы можем сделать сейчас? — совершенно по-новому взглянул на меня мужчина. Нет, без просьбы в голосе не обошлось, но куда больше в нём было затаённой радостной ярости, которую я совершенно не понимал.

— Почему нет, следуйте за мной! — кивнул я, и княжич дал знак своим людям оставаться в высотке. Мы же проследовали в медкабинет первого этажа. Небольшое помещение, уставленное стеллажами с лекарствами и тремя дежурившими врачами. Никакого стекла, кроме бутылок с растворами. — Садитесь, много времени подгонка не займёт. Может быть немного больно.

— Это не важно, главное, чтобы у меня вновь появились руки, — с улыбкой проговорил Медведев, а затем зубами подтянул рукава. Обрубки выглядели не лучшим образом, что неудивительно, учитывая короткий срок после ранения, но никаких сомнений у него не было, и я лишь кивнул.

— Хорошо, приступим, — я отщёлкнул клипсы, выдвинул стержни и опоясал их чуть выше локтя, чтобы закрепить протез. Затем подвёл железную кисть как можно ближе к ране. — Будет больно.

— Давай, Старый! Не томи! — с вызовом посмотрел на меня Михаил.

Я усмехнулся такой яростной уверенности, она интриговала и подкупала, а потому не стал с ним церемониться. Выплывший у меня из левой ладони жидкий металл тонкими иглами проник в воспалённые ткани и начал раздвигать их, чтобы добраться до костей и сухожилий.

А затем началось самое болезненное — сращивание металлического основания и живых тканей. Но пациент только тяжело задышал, не сводя взгляда с железных кистей. Благодаря молекулярному воздействию операция проходила довольно быстро, но в то же время надёжно и гарантировано.

«С таким профилем, я настаиваю, что мы должны уйти в производство и медицину, а не лезть на передовую», — недовольно проворчала Сара. — «Это станет хорошей гарантией нашей выживаемости».

«Ты опять берёшь слишком узко. Наше выживание зависит от выживания всего человечества в этом мире. И вообще, не отвлекайся», — напомнил я, видя, что Михаил морщится, но сдерживается.

— Держись казак, атаманом станешь, — усмехнулся я, заканчивая смешивать ткани. — В наших реалиях — великим князем. Всё, основа готова. Теперь присоединим кисти, так чтобы они попали в пазы. Попробуй пошевелить пальцами.

— Как? Их, блин, нет! — зло проговорил Михаил, но затем резко замолчал, когда у протеза дёрнулись сразу все пальцы. Усмехнувшись, я отодвинулся, наблюдая за тем, как он медленно начинает осваиваться с протезом, сжимая и разжимая кулаки. Оглянувшись, я заметил яблоко и тут же увидел возможность.

— Лови! — крикнул я, и парень интуитивно подставил ладонь, но слишком сильно сжал пальцы, и во все стороны брызнул сок.

— Старый, я чувствую! — ошарашенно проговорил парень, а потом подставил рот, хватая капли. — М-м. Вкуснотища. И пальцы почти как живые!

«Как это возможно? Мы же не делали передачи нервных импульсов, у нас там даже датчиков соответствующих нет», — нахмурилась представшая передо мной фея.

«Думаю вопрос в живом металле. Сколько его в конструкции?»

«Пара грамм. Думаю, нужно их извлечь и…»

«Нет, пусть будут. По крайней мере, пока. Это малая плата за его удобство».

— Отлично. Рад, что всё сработало, — удовлетворённо улыбнулся я.