Выстрел! Наводчик отстраняется. Затвор с шипением испаряющегося кипящего воздуха и дымом догорающего пороха отъезжает назад. Одним движением заряжающий спихивает гильзу и загружает боеголовку. Вторым движением кладётся стальная гильза с порохом, наводчик наваливается всем телом на рычаг и тут же, сверившись с двумя линейками и даже не взглянув в прицел, дёргает цепочку спуска. Выстрел!

Доведённые до автоматизма умения человеческих организмов, ставших частью орудия. Крохотными винтиками гигантской военной машины. Каждый из них имел родственников, надежды и мечтания, но сейчас всё это отошло на второй план. Главное — исполнение обязанностей. Подтащить, зарядить, свериться, дёрнуть.

Высота третьего этажа оказалась самой стойкой, и мы продолжали вести огонь, даже когда от пушки ощутимо начало нести жаром. Но дело было не в нашей эффективности и не в том, что мы отлично справлялись. Увы, когда ров заполнился на две трети, монстры начали залетать на другую сторону в три-четыре прыжка. Теперь высоты стен не хватало даже на то, чтобы сдержать пару тварей.

— Слушаюсь, — отчеканил Бобров, стоило ему взять трубку. — Всем этажам, прекратить стрельбу. Ждём.

— Есть прекратить стрельбу, — не стал спорить я, хотя в голове рождалась куча вопросов. Что мы делаем? Зачем? Почему сейчас?

— Внимание. Всем разрядить орудия и отойти, — через несколько секунд приказал Бобров. — Приготовить личное оружие.

А вот это было уже до чёртиков неприятно. Личное оружие может пригодиться лишь в одном случае, если враг проникнет в форт. А значит, командование всерьёз рассматривает, что либо враги сумеют пробить стены и потолок, либо проникнут сквозь щели и вентиляцию.

«Отследить появление паразитов сможешь?»

«Сейчас весь эфир ими забит, сигналы сливаются в сплошной белый шум», — раздосадовано ответила Сара. — «Нужно уходить отсюда».

Отступать? В принципе можно. Сдаваться точно нет. И дело не в том, что такой гордый, просто любая слабина равносильна смерти. Бежать бесполезно, сдаваться тоже, нас просто сожрут. Разорвут на части, как разведчиков Борзых или штурмовой отряд Секачовых. А ведь там был один единственный ползун, хоть и продвинутый, как я сейчас понимаю. И пусть мы его завалили — нам просто повезло.

— Всем приготовится! Если видите паразитов — предупреждайте всех. Бейте их дубинками и штыками. Колите холодным оружием. Не позволяйте добраться до вашей шеи! — повторял последние наставления Бобров. И пусть всё это говорилось не раз, приказы позволяли отбросить лишние мысли.

— Они здесь! — раздалось с первого этажа, и я бросился к лестнице. Там мои парни, спасённые из крепости, на самом сложном участке.

— Топчи тараканов! — взревел Быков, и, слетев по этажам, я увидел, как здоровяк прыгает, пытаясь раздавить механического паука подкованными ботинками. Ивану это даже удалось, сыграли вес и сила удара. Но везло так не всем.

— Не колоть, дробить! Бейте прикладами и дубинами! — крикнул я, увидев, что попавший по паразиту меч лишь скользнул по грани, отрубив лапку, но тварь продолжила свой бег на оставшихся трёх, почти не снижая скорости.

Подскочив ближе, я ударил тварь прикладом. С удовлетворением услышал громкий хруст. Парни, увидев мой пример, начали повторять кто во что горазд, но уже через десяток секунд начались крики. Паразиты просачивались через самые узкие щели, а затем бросались к ближайшему из бойцов, заползая в штанины.

— Спина к спине! Помогайте товарищам, защищайте шеи! — не сдаваясь крикнул я и почти тут же пришлось показывать пример. Одна из тварей взбежала по спине Манулова, тот извивался, пытаясь сбросить паука, но не успевал достать вцепившегося стальными когтями в позвоночник паразита.