— Виктор Иванович, нам необходимо освободить помещение в течении трех суток. Переезд сродни пожару, боюсь, за один день не успеем, — устало произнесла Наталья Геннадьевна.

— Намек понят, — хмыкнул я. — Надеюсь, уже завтра сумеем начать съезжать. Сейчас в банке нахожусь и со счетами разбираюсь. Кстати, напомни, какую сумму за аренду вернула на счет клана.

— Триста семьдесят пять тысяч, еще пятьдесят отдадут, если не придерутся к чему-нибудь, — ответила заведующая, а потом уточнила: — Простите, но платежи перевожу не на клан, а на Антикварный дом. Уже несколько лет как произошло разделение. Деньги на счету клана часто зависали и требовались уточнения, и осуществлялись проверки со стороны банка по транзакциям. Вы же об этом знаете?

Что-то невразумительное буркнул и дал отбой. Для меня оказалось новостью, что есть еще счет, а возможно он не один. Так зачастую делалось в моем мире, когда фирма находилась на грани банкротства, а кредиторы в любой момент способны заблокировать движение средств. Тут, конечно, могли иметься и какие-то другие соображения. Лучше всего меня может просветить на этот счет госпожа Шитова. Чем не повод с ней пообщаться? Если же захочу ее пригласить на свидание, то сегодня она точно откажется.

— Здравствуйте, — раздался бойкий голосок секретарши, — вас приветствует страховое агентство «Высшая». Что можем для вас сделать?

— Леночка, привет! — поздоровался я и попросил: — Соедини с госпожой Шитовой. Хотя, нет, подожди.

— Что не так Виктор Иванович?

— Как настроение у Юлии Павловны? А то если под горячую руку попаду — переругаемся с ней! — произнес, желая услышать, смогли подчиненные девушки что-то уловить в ее поведении или нет.

— Не переживайте, она в порядке, — буркнула та, а потом сказала: — Мне вас на директора переключить?

— Да, — задумчиво ответил, чувствуя, что Лена на меня в обиде.

Графиня ответила мгновенно, интонации строгие, говорит, как с малознакомым:

— Господин Кортнев, финансовые операции проводятся не так быстро, как хотелось бы. Вам следовало написать в банк запрос и изучить ответ. Уж простите, но вашей поверенной не являюсь.

— А мы на вы перешли? — удивился я. — Юль, ты не можешь говорить, так как в твоем кабинете кто-то посторонний?

— Граф, не фантазируйте, я одна, — буркнула вроде бы моя девушка, которая собирается утаивать наши отношения. — Нахожусь на работе, в связи с этим так и говорю. Что-то еще?

— Гм, ты до скольки сегодня работаешь, не задержишься?

— Только не вздумай меня забирать! Сама до дома доеду! — выпалила моя собеседница.

— В мыслях такого не держал, — хмыкнул я, а потом добавил: — Рассчитывал пробраться к тебе и тесно пообщаться.

— Это ты на что намекаешь? — подозрительно спросила графиня.

— Узнаешь, а сейчас говорить не стану, это наказание за то, что так стала свысока разговаривать.

— Вить, мы же договаривались, у меня дел — вагон, предстоит допоздна сидеть в офисе, — примирительно сказала Шитова.