Изменить размер шрифта - +

— Нельзя же кончать с собой только потому, что вы расстались. Несколько месяцев, может, недель — и ты снова придешь в себя. Сейчас ты чувствуешь себя… неполным, а это всегда болезненно. Я знаю, потому что раньше здесь жила некая протоплазма… Она страдала каждый раз, когда делилась и все же была вынуждена это делать, чтобы расти.

— Да, рост — штука болезненная, — Чак подошел к окну и еще раз взглянул на скоростные тротуары, машины и. реактивных прыгунов. Он подошел так близко…

— Здесь можно жить, — сказала Джоан. — Я знаю, потому что жила уже во многих местах. В Департаменте Полиции хорошо знают «Убежище Использованных Ручек», — добавила она откровенно. — У нас было здесь много работы: мелкие кражи, драки, даже убийство. Это не самое тихое место.

— И все же…

— И все же я считаю, тебе стоит здесь остаться. У тебя будет компания, в основном ночью, когда начинают проявлять активность внеземные существа. Сам увидишь. А Лорд Раннинг Клэм может быть по-настоящему хорошим другом. Он помог уже многим людям. У ганимедийцев есть то, что святой Павел назвал caritas… и помни, святой Павел говорил, что caritas — это высшая добродетель. Сейчас, кажется, используют термин «эмпатия».

Дверь квартиры открылась, и Чак резко повернулся. Появились двое мужчин, обоих он хорошо знал: его шеф Джек Элвуд и Пит Петри, тоже сценарист. Увидев его, мужчины вроде бы успокоились.

— Черт побери, — сказал Элвуд, — мы уж думали, что явимся слишком поздно. Мы заглянули к тебе домой, надеялись застать тебя там.

— Я из Департамента Полиции в Россе, — вмешалась Джоан Триест. Голос ее звучал холодно. — Можно взглянуть на вашу идентификационную карточку?

Элвуд и Петри показали удостоверения ЦРУ, потом повернулись к Чаку.

— Что здесь делает городская полиция? — спросил Элвуд.

— Это моя знакомая, — ответил Чак.

Элвуд пожал плечами, его явно не интересовали подробности.

— Ты не мог найти себе квартиру получше? — Он с брезгливой миной оглядел комнату.

— Я здесь временно, — буркнул Чак.

— Смотри, не скатись, — вставил Петри. — А кроме того, твой отпуск отменен. Начальство считает, что ты должен быть на работе… ради твоего же блага. Тебе нельзя оставаться одному, нельзя погружаться в размышления.

— Он разглядывал Джоан Триест, явно подумывая, не она ли помешала Чаку совершить самоубийство. Никто не собирался его просвещать на этот счет. — Так ты вернешься с нами в контору? У нас масса работы, на всю ночь.

— Спасибо, — ответил Чак, — но я должен перевезти свои вещи. Нужно устроиться, хотя бы кое-как.

Он по-прежнему хотел остаться один, хотя и был им благодарен. Однако инстинкт толкал его к бегству, он хотел спрятаться.

— Я могу остаться с ним, на какое-то время, — сказала Джоан Триест, — пока меня не вызовут. Обычно меня вызывают около пяти, когда начинается интенсивное движение на улицах. Но до тех пор…

— Послушайте!.. — резко сказал Чак.

Все трое вопросительно посмотрели на него.

— Если человек захочет покончить с собой, вам его не остановить. Его можно только отвлечь. Возможно, пси, вроде Джоан, и вытащит его, но даже если вы вернете его к жизни, он найдет способ сделать это снова. Так что оставьте меня в покое. — Он чувствовал себя вконец утомленным.

— В четыре у меня встреча с моим адвокатом, меня ждет множество дел, и мне просто некогда болтать с вами. Глянув на часы, Элвуд предложил:

— Я подвезу тебя до адвоката… хоть какой-то с нас толк. — Он кивнул Петри.

— Может, еще увидимся, — сказал Чак Джоан.

Быстрый переход