— Это было предупреждение, — ответил я и рассказал Редфилду про телефонный звонок к миссис Лэнгстон и про поиски телефонной будки с неисправным вентилятором.

Он прошелся по комнате и наконец остановился передо мной.

— Иными словами, вы в городе не пробыли и получаса, как увязли в уголовщине... Вы — смутьян, Чэтэм! От вас пахнет смутой за милю!

— Я ведь доложил обо всем полиции, — ответил я. — А мне в ответ лишь помахали ручкой. И вы тоже пытаетесь умалить значение этой истории с кислотой. Но не можете заставить себя отмахнуться от нее... Не понимаю, в чем дело? Я видел людей, классически заметавших сор под ковер, но вы-то как будто не из таких?

На мгновение в глазах его мелькнули злобные огоньки, и мне показалось, что он вот-вот меня ударит, но в следующее мгновение он взял себя в руки.

— Никто здесь ни от чего не отмахивается, — сказал он. — И сор под ковер не заметает. Описание этого человека и его машины разослано по всем ближайшим округам и отправлено в управление дорожного патруля. Кроме того, я знаю, откуда взялась кислота...

— Знаете? — перебил я его.

— Вы уж лучше помолчите, — сказал он, не повышая голоса. — Вы и так уже дали волю своему языку, так что теперь придержите его и слушайте — я вам отвечу! Шансов, что его поймают, очень мало. Один из тысячи! Зеленых седанов «Форд» так же много, как Смитов в притоне во время облавы. Также много и людей с описанной вами внешностью. Да и разъезжать он теперь будет наверняка в другой машине. И он не местный житель — городок слишком мал. Значит, его наняли где-то в другом месте... В любом другом месте в радиусе тысячи миль отсюда. Кислота нам тоже не поможет. Несколько недель назад в наших окрестностях был «уведен» грузовик, и одним из артикулов в накладной была серная кислота — десять галлонов. Я как раз расследовал это дело. Грабителей так и не нашли. Грузовик — тоже. Основным грузом была краска, а краска продается свободно в любом месте. Попробуйте отыскать следы при таких обстоятельствах... Ну, а теперь перейдем к вашей личности.

— Что значит к моей личности? Что вы хотите этим сказать?

Он нацелился на меня указательным пальцем.

— Да от вас разит, как от блондинки с любимым скунсом! И чем больше я к вам принюхиваюсь, тем подозрительнее вы мне кажетесь! По непонятной причине все случается в тот самый день, когда вы здесь появляетесь. Тут вы несли околесицу насчет загадочного телефонного звонка. Если вы лжете, значит, вы сами замешаны в этом деле! Если вы не лжете и кто-то действительно хочет изгнать вас из города — значит, вы замешаны в чем-то другом... Не люблю я смутьянов, которые появляются тут неизвестно зачем и роются в мусоре этого пресловутого мотеля! Вонь стоит страшная!

— Я так и знал, что мы придем к этому, — сказал я. — Другими словами, вам абсолютно безразлично, что станется с миссис Лэнгстон и кто ее травит? На вашей совести нераскрытое убийство; с вашей точки зрения, виновата в этом убийстве она — независимо от того, можете ли вы это доказать или не можете. Что ж, вы правы, вонь стоит страшная! И давно пора выяснить, откуда идет этот запах!

Он оперся одной рукой на угол стола и наклонился ко мне.

— Запомните раз и навсегда, Чэтэм! — резко сказал он. — Мы не нуждаемся в советчиках — у нас их хватает и так! Один подозрительный ход с вашей стороны — и я за вас возьмусь, и возьмусь крепко! А теперь убирайтесь и постарайтесь больше не совать нос в чужие дела!

Я встал.

— О’кей! И не кричите, у меня слух хороший!

В дверях показался Макгрудер.