Теперь в сторону столика Ласки устремились сразу несколько взглядов. Будь она менее уверенной в себе, то смутилась бы. А так прямо встретила неожиданный интерес, дав понять похолодевшими глазами, что подобная настырность неуместна и может быть при случае наказана.

Помогло. Пялиться перестали, лица поскучнели, отворачиваясь. Должно быть сработало брошенное мельком замечание Волконской, объясняющее на кого они с таким рвением смотрят.

Мастер убийств на службе принца из Дома Строгановых — подобное представление многих смутит, отбив всякое желание к близкому знакомству.

У Владык Холода не самая мирная репутация, ее тень падала на всех, кто им служит.

Алиса встала и направилась к столику Ласки. На княжне легкое и воздушное одеяние, похожее на смесь летнего платья и греческого хитона. Под ним угадывается великолепная фигура. Волосы убраны в высокую прическу, длинная шея открыта, Косметики на лице почти нет, а та что есть, выгодно подчеркивает естественную красоту. Выглядит княжна намного моложе своего настоящего возраста, что неудивительно — результат действия целительских чар.

Ласка встретила ее без особой радости.

— Я присяду? — вежливо поинтересовалась Волконская, тоненькие пальчики с двумя бриллиантовыми кольцами, небрежно тронули спинку свободного стула.

Ласка помедлила, но все же с неохотой кивнула, не пытаясь скрыть, что общение с бывшей невестой принца ее совершенно не радует.

Княжна легко опустилась напротив. Ласка вопросительно приподняла правую бровь, играть в светскую беседу она не собиралась.

— Я хотела бы попросить тебя об одолжении, — мягким контральто произнесла наследница рода Волконских.

Брови Ласки вскинулись вверх, но она сдержала себя.

— Какое одолжение? — ровным голосом спросила она.

— Я хочу встретиться с Виктором, но все звонки в ее канцелярию будто пропадают в черной дыре, — то ли пожаловалась, то ли поделилась княжна.

Это потому, что есть строго определенный список от кого принимать сообщения и передавать их выше, — закончила про себя Ласка, знавшая царствующие порядки в секретариате Виктора.

После того, как один раз ему принесли целую гору писем начиная от приглашений на светские рауты и заканчивая деловыми предложениями, он приказал проводить строгую фильтрацию всей поступающей корреспонденции.

Теперь с чем-то разбирались сами клерки, что-то пересылали в соответствующие отделы, а что-то прямиком отправлялось в мусорную корзину. До самого верха доходили лишь единицы посланий.

— Не думаю, что я могу тебе в этом помочь, — покачала головой Ласка. — Лучше обратись к кому-нибудь другому.

— К кому? Ты самое близкое его доверенное лицо, тебя он обязательно выслушает, — Алиса красиво изобразила дружескую улыбку.

Но Ласка осталась безучастной к просьбе. Если дать втянуть себя в такие схемы сейчас, то потом станет хуже. Найдется много желающих, попытать счастья обратиться через нее к Виктору. И это ему явно не понравится.

— Сожалею, но ничем не могу помочь, — твердо заявила Ласка.

И взялась за ручку чашки с кофе, показывая, что говорить больше не о чем. По лицу Алисы скользнула едва заметная тень, не привыкла, чтобы ей так жестко отказывали.

Ничего, пусть привыкает, она не одна из свиты этой красотки, чтобы прыгать перед ней на задних лапках, — зло подумалось Ласке.

Княжна почему-то раздражала ее. Может из-за своей красоты (женщины не любят других красивых женщин — общеизвестный факт), может из-за того, что эта светская львица однажды посмела отказать Виктору (и дело вовсе не в ревности, скорее в уязвленном самолюбии, когда ее господину предпочли кого-то другого), а может просто из-за банального дурного настроения, она в отпуске, а ей мешают отдыхать.