Мисс Пирожок-с-сыром забилась еще сильнее. Она испустила странный печальный вопль, так резанувший душу, — вопль, который Сара никогда не забудет, несмотря на все ужасы последующих дней.

Сара тяжело упала коленями на сильную шею Мисс Пирожка. Она вложила ствол корове в ухо и еще раз нажала на спуск. Кровью плеснуло ей на куртку, в лицо.

Корова перестала реветь.

Каппи — нет.

С искаженным от муки лицом, кулаком правой руки он исступленно осыпал ударами окровавленное существо, сомкнувшее челюсти на его левой.

— Пусти-пусти-пусти! — Он резко качнулся к проходу и полностью вытащил осклизлого уродца из коровьего брюха.

«Ни фига себе! Какой же он здоровый-то, мама родная!» Сара рефлексивно отскочила на шаг назад, инстинкт буквально кричал ей держаться подальше от существа.

Откуда-то появился Миллер: бросившись всем телом на окровавленного урода, он обхватив его руками и закричал:

— Сара, пристрели его!

Сара приставила ствол к мерзкой, лишенной кожи голове, чуть наклонила «беретту», чтобы не задеть руку Каппи, и спустила курок. Ошметок размером с бейсбольный шар выбросило из черепа в фонтане брызг крови, мозга и костей.

Существо обмякло, раскрыв челюсти ровно настолько, чтобы Каппи смог наконец высвободить из страшных зубов свою изуродованную руку.

Сара тыльной стороной ладони вытерла влажное лицо — оно еще пылало, но быстро отходило в стылом воздухе самолета.

Остальные коровы дергались и взбрыкивали, удерживаемые полетной «сбруей»: по-видимому их напугали крики Мисс Пирожок-с-сыром. Кончики копыт задевали пол, наполняя самолет щелкающими и царапающими звуками.

В ветеринарном отсеке Сара увидела Румкорфа, вцепившегося в край лабораторного стола.

— Помоги… мне, — слабым голосом позвал ее Каппи, словно прося вернуться к реальности.

— Сейчас, дружище, — сказал Миллер. Он наклонился, чтобы осмотреть рану своего лучшего друга.

Сара поднялась и попыталась оценить потери: двое раненых людей, одна огромная корова, мертвая тварь размером с датского дога и крови больше, чем на скотобойне.

— Миллер, насколько все плохо?

Он подвинулся, чтобы Саре было видно руку Каппи. Словно со стороны, она услышала, как невольно ахнула: зубы монстра в нескольких местах сломали Каппи лучевую и локтевую кости. Кровь из раны сильной струей стекала ему на бедро и на пол, где смешивалась с кровью мертвой коровы и жуткого уродца. Его рука болезненно тряслась, когда Миллер шевелил ею, словно целыми на ней осталось лишь несколько нитей мышц.

— Помощь нужна. Срочно, — сказал Миллер и, сорвав с себя куртку, обмотал вокруг раны друга, пытаясь давлением остановить кровотечение. Потом посмотрел на окровавленный труп новорожденного. — Сара, что это за дрянь? Ни фига ведь не корова, а?

— Дохлятина, вот и все, — ответила Сара. — И как только выйдем из штормовой зоны, откроем кормовую рампу и вышвырнем этих чертовых коров всех до единой в озеро Верхнее.

Пьюринэм поспешила к панели интеркома и нажала кнопку «Кабина пилотов».

— Алонсо, вызывай Манитобу, прямо сейчас. Срочно нужен запасной аэродром.

В динамике проскрипел голос Алонсо:

— Но Магнус приказал соблюдать радиомолчание.

— Каппи серьезно ранен. Вызови Манитобу и передай, что мы запрашиваем посадку и медпомощь. Срочно. Если не найдут, мы поворачиваем на Гоутон-Хэнкок.

— Понял.

Сара кинулась обратно в третье стойло мимо все еще беспокойных, дергающихся коров. Ремни и застежки гремели, копыта громко клацали о толстый плексиглас.

Уродец оставался в проходе, теряя кровь в медленно расползающейся луже.