|
«Хлопок»… как только он попытался включить радио. — Вот гад, тихонько выругалась она. Сара попыталась припомнить, где сидел Магнус. Она посмотрела на блок приемопередатчика, заглянула под кресло наблюдателя и во все закоулки кабины. — Сара, ты что шаришь? Блин, да ты вся в крови! — Все нормально, уже проехали, — ответила Сара и выскочила за дверь. Она побежала в комнату отдыха, заглянула под металлические койки, сорвала матрацы. Ничего. Осмотрела изголовья, шкафчики с запчастями, под крохотным умывальником… снова ничего. «Пожалуйста, ну, пожалуйста, пусть я ошибусь!» Она перешла в игровую. Взгляд тут же упал на плоский телевизор. Сара кинулась к нему, внезапно ощутив острый зуд в затылке, и перегнулась заглянуть за экран. Там, между телевизором и бортом корпуса, было втиснуто столько пластиковой взрывчатки, сколько она в жизни своей не видела.
30 ноября, 21.03 Сара неотрывно смотрела на бомбу. Так много проводов, идущих к корпусу, к задней панели телевизора, к полу. Она присела на колени, стараясь ничего не задеть, глаза искали, пока не нашли — маленький жидкокристаллический таймер, на котором шел отсчет 9.01… 9.00… 8.59… 8.58… «Успокойся-успокойся-тихо-спокойно-если-не-будешь-мыслить-ясно-умрешь». Колдинг с Магнусом отправляли С-5 не в Манитобу — они отправляли его на дно озера Верхнее. К тому времени как шторм пройдет, не останется ни С-5, ни каких-либо его следов. Тысяча футов воды навсегда спрячут обломки. Им даже не выброситься: в такой шторм парашюты запутает, и они разобьются. Если удар об воду на предельно низкой скорости не убьет их, то они очень скоро утонут в ледяной воде. Даже если удастся забраться в спасательный плот, им не выжить в двадцатисемифутовых волнах и при ветре в семьдесят узлов. Дашь SOS или не дашь — никто не успеет на помощь. Она глубоко вздохнула. «Думай. Рассуждай логически, думай». Выход должен быть. Сара синхронизировала свои часы с таймером бомбы — в 21.12 пластит разнесет С-5 в клочья. Она ничего не понимала в разминировании. Как и ее экипаж. Все эти провода… Если попробовать двинуть бомбу — наверняка тут же взорвется. Можно начать выдергивать провода, но это уже как последний, отчаянный шанс. Она побежала в кабину, где схватила летную карту и бросила ее на маленький столик в навигационном отсеке. Ее руки разгладили карту, случайно размазав по бумаге кровь. — Со, где мы? — На полпути по дуге вокруг шторма. Всего в ста милях от Гоутон-Хэнкока. Она сверилась с картой. — Гоутон-Хэнкок отставить, не успеем. На борту бомба, нам осталось жить девять минут. Алонсо тут же включил автопилот, выбрался из своего кресла и подсел к Саре. — Девять минут? А кто бомбу подкинул? — Скорее всего, Магнус. Я видела его здесь за несколько часов до взлета. Она бросила взгляд на часы: 21.04. Восемь минут. Они не дотянут до Гоутон-Хэнкока. Сумасшедший полет Магнуса по дуге погубит их посередине озера Верхнее: они нидокуда не дотянут. Почти нидокуда… Одно место все же оставалось. — Давай на курс обратно в шторм, — велела Пьюринэм. — Полный газ! Возвращаемся на остров. — Назад, на остров? К Магнусу? Да ни в жисть! Выдержка оставила Сару. Она протянула испачканную в крови руку и ухватила Алонсо за воротник пуховика. — Нет у нас выбора! Смотри на эту чертову карту. Нам некуда податься — бомба рванет раньше! — Но он же хочет убить нас… Левая рука Сары присоединилась к правой. С каждым словом она встряхивала его воротник, дергая скользкую, набитую пухом ткань. |
