Изменить размер шрифта - +
.. – начал я объяснять свои сомнения. – Для меня этот намечающийся факт группового секса многое значит. Понимаешь, у нас же семья, дочка. Она растет, мы с тобой спим и разговариваем... Нас трое... А завтра будет пятеро. И хочешь, не хочешь, Маргарита со своим Тамагочей с завтрашнего дня станут воспитателями Наташи. Станут воспитателями, то есть начнут влиять на ее внутреннюю жизнь, на ее будущее... Понимаешь, даже самый законспирированный любовник или любовница влияет на ребенка...

– Ну и что? Чем не нравиться тебе Маргарита? Будет Наташе любящей теткой...

– Только не надо о тетках, умоляю! – взмолился я, представив тетку Веры Элоизу Борисовну (Пандору Борисовну, как я ее называю, она еще появится в нашем повествовании).

– Как хочешь, но позволь мне тебе кое-что объяснить. Понимаешь, ты уже пять лет, как постоянно живешь в Москве, не ездишь в тайгу, пустыни, горы и прочие нецивилизованные места, не ездишь, но никак не хочешь себе признаться, что обитаешь совсем в другой обстановке, совсем в другом мире.

Я знаю твои ценности, ты рассказывал о них – о надежности, силе, несгибаемости, верности и тому подобное. А здесь, в столице, ценности несколько другие... У вас, в горах, считалось стыдным показать свою слабость, а у нас стыдно ходить с не побритыми ногами и подмышками. Вы там неодобрительно относились к гомосексуалистам, а у нас они уважаемые, если не самые уважаемые люди... И наверх может пробиться только тот, кто уважает ценности, тех, кто наверху... И пойми, встречаться семьями предложила Маргарита. И я не хочу, чтобы она поимела возможность сказать где-нибудь в обществе, что я...

– Отсталый человек...

– Да. А во вторых, меня предстоящая встреча действительно возбуждает...

– А как же семья?

– Ты знаешь, почему я за тебя замуж вышла?

– Почему?

– Как-то в институте на какой-то вечеринке ты трепался, что люди неправильно, не по науке женятся... Ты говорил, что большинство людей сочетаются браком, думая, что проживут с супругом до седых волос, искусственных зубов и естественной смерти инстинктов. И это притом, что средняя продолжительность брака в России составляет что-то около пяти лет. А средняя продолжительность пламенной любви – максимум два года. Поэтому, заливался ты, жениться надо, имея в уме эти две цифры – пять и два...

– Я имел в виду, что любящие люди должны знать, что их любовь и добрые отношения находятся под постоянной угрозой... А ты, выходит, прикупила меня как холодильник с гарантией одних узлов на пять лет, а других – на два года. Да еще прикупила с моей собственной подачи...

– Ну, зачем так примитивно. Да, я приняла к сведению твои слова. В них есть резон, согласись. А у тебя они вылетели в трубу. Ты забыл, что и мои любовь и добрые отношения к тебе находятся под постоянной угрозой.

– А... Понимаю... Если я не соглашусь спать с ними, то в наших отношениях появиться новая трещина...

– Ты все так обобщаешь...

Я задумался. Правильно Вера в начале разговора сказала... В чужой монастырь со своими ценностями не ходят...

Не знаю, какое решение я принял бы в этот кардинальный момент, если бы Вера не обняла меня. Не как мужчину или супруга, а как маленького ребенка. Я чуть к груди ее губами не потянулся, до того растрогался.

– Глупенький ты, – сказала она, поглаживая мне голову. – Ты же сам месяц назад предлагал мне лягушатинки попробовать... Для интереса и расширения кулинарных горизонтов. А наша Маргарита – это вовсе не лягушка... Давай попробуем?

– Давай... Только ты ведь меня знаешь... Меня заносит. А вдруг тебе что-нибудь не понравится? Не так на Маргариту посмотрю, или больше внимания ей уделю?

– Вот об этом ты можешь не беспокоиться.

Быстрый переход