– Мне рассказали, что произошло вчера. Хоть и в общих чертах. Это был своего рода… несчастный случай на охоте?

– Можно назвать это и несчастным случаем! – фыркнув, ответил господин Соломон. – Давай, Каспар, не бойся, расскажи рыцарю и даме то, что ты уже сообщил мне. Этот парень работает табунщиком, неделю назад он выпасал молодых лошадей.

– Вместе со своим сыном, господин, – уточнил мужчина. – Он и сейчас с табуном, мы не бросаем лошадей без присмотра.

Похоже, он считал нужным обратить на это внимание. Табунщики занимали низкое положение в крепостной иерархии. В их обязанности входил присмотр за молодыми лошадьми, которых летом перегоняли через лес небольшими группами. Этих людей считали буйными малыми.

Флорису не терпелось перейти к делу, но он одобрительно кивнул.

– Вчера мы услышали лай собак и крики загонщиков – мой сын поскакал на голоса и сообщил, что, похоже, там охотятся на дикого кабана.

– Вам не сообщили заранее об облавной охоте? – изумленно спросил Флорис.

Табунщик покачал головой.

– Нет. Господин Дитрих позже рассказал мне об этом. Кто-то из крестьян пожаловался, что поля вытаптывают дикие свиньи, и тогда знатные господа сразу же спохватились… – Интонация Каспара показывала его отношение к ним. – Тогда я велел сыну увести табун от того места – слышали уже, куда они собирались загонять кабанов. Но один жеребец отстал, и я вернулся туда, чтобы поискать его. С секирой – на случай, если встречу кабана… Н-да… А потом я услышал ржание лошади, она пробежала мимо меня без всадника, и я решил пойти поискать всадника, но далеко мне идти не пришлось. В нескольких шагах от меня стоял юноша с деревянным мечом, прижимаясь спиной к стволу бука, а на него бежал кабан. Мальчишка вел себя отважно, сначала швырнул в зверя ветку, но кабана так не остановишь… В общем, я убил зверя. – Каспар сказал это так просто, как будто всего лишь свернул курице шею.

– Топором? – уточнила изумленная Герлин.

Мужчина кивнул.

– Да, госпожа. Я очень даже неплохо метаю эту штуку. Расколол башку кабану. Сегодня вечером он будет на графском столе.

– Праздничный обед заслужили скорее ты и твой сын, – заметил Соломон.

Каспар пожал плечами. Вряд ли они с сыном соблюдали запрет на охоту в графском лесу. Наверняка они лакомились дичью чаще, чем рыцари в крепости.

Герлин, не глядя, сняла изящную серебряную пряжку с платья и протянула ее табунщику.

– Это тебе, Каспар, в качестве благодарности от твоей будущей графини. Я помолвлена с господином Дитрихом, и получается, мой будущий супруг обязан тебе жизнью, а я благодарю тебя также за спасение и моей. Мы навечно в долгу перед тобой. Если ты когда-либо захочешь обратиться к нам с просьбой, будь уверен, что ее тут же удовлетворят.

Каспар залился краской и стал недоверчиво крутить пряжку в своих больших неловких руках.

– Не стоит, госпожа, я бы в любом случае так поступил. А сейчас я хотел просто вернуть лошадь. Вчера она сильно хромала, поэтому я решил оставить ее у себя. Но сегодня она уже крепко стоит на ногах, и через пару дней господин снова сможет ездить на ней. Вот только… мой сын нашел эту стрелу… и я подумал, что надо об этом сообщить.

– Ты поступил очень предусмотрительно! – похвалил его Флорис.

– Значит, лошадь Дитриха не сама понесла! – воскликнула возмущенная Герлин. – Что за подлая выходка! Он до сих пор огорчен этим происшествием, а другие над ним смеются…

Сказав это, она тут же закусила губу. Господин Соломон и господин Флорис обратили на нее одинаково недоуменные взгляды.