* * *

– Беда! - орал Слимаус, метаясь по площади. - Страшная беда пришла!

Пьяные рыцари, лучники и горожане, праздновавшие то смерть, то возвращение короля, лениво провожали астролога мутными взглядами. Над площадью царило сытое уныние и скука. Нетрезвый бард сидел под виселицей и, то и дело отмахиваясь от повешенного, тренькал что-то на струнах потрепанной гитары. Висельник никак не хотел слушать песенок артиста и постоянно тыкал барда в макушку почерневшими пальцами ног.

Беда, беда, беда пришла,

Уже в который раз.

Ну хоть бы раз куда ушла

Беда страшна от нас.

– Закрой пасть! - гремел звездочет, взбираясь на постамент виселицы. - Люди! Там сейчас наш король сражается с полчищами нечисти! Мертвые восстали из могил! Если мы не поможем ему, то через пару дней перестанем существовать!

– Шел бы ты отседова, - лениво сплюнул какой-то мужик в халате мясника.

– Точна, - грязный старичок с повадками и рожицей бездомного обнажил половину зубов. Вторую половину он проиграл в каком-то кабаке. Говорил он с ошибками, комкая и глотая буквы. Слимаус, хоть с трудом, но понял его. - Королю была сказана: либа разберется с праблемами солца, либа пусть пняет на себя.

– Вали, звездун!

Астролог стоял перед громадной толпой преогарцев. На площади толпились все жители столицы, все до единого: от любвеобильной прачки до главного распорядителя дворцовых манер и этикета. Присутствовал также новый епископ. Тлумплин стоял в самом первом ряду. Стоял очень гордо, насмешливо склонив голову на плечо и скрестив руки на груди. Он слегка улыбался, и окружающие епископа монахи, заглядывая в глаза своего "босса", делали тоже самое.

"Что делать? - хаотические мысли толпились в голове звездочета. - Эквитей погибнет… Надо привести подмогу, а они смеются… Тысячи людей стоят и лыбятся, как ненормальные…"

– Люди, - умоляющим тоном попросил Слимаус. - Пожалуйста, берите оружие. Мы тотчас окажемся на склонах Пустой горы и дадим бой страшным прихвостням королевы.

– Эта курва, - заматерился кто-то, - подняла армию нечисти?

Астролог подтвердил, активно жестикулируя. Обрадованный, что народ соблагоизволил пойти на небольшой диалог, он продолжил.

– Королева подняла колдовских мертвецов. И они хотят уничтожить все живое. Она хочет править материком!

– А мне плевать, кто правит, - заявили из толпы. - Эквитей ли, Хатли или ейная девка.

– Ты не понял, - возразил Слимаус. - Королева убьет всех нас, а потом будет править уже мертвым народом.

– И что предлагаете делать, коллега? - насмешливо поинтересовался астролог Жульмис. Он был куда менее удачлив, чем Слимаус. Составлял гороскопы для вдовушек и, крепко проигравшись в карты, в последнее время ночевал по сеновалам. Потому Жульмис имел все причины, чтобы ненавидеть "коллегу" по ремеслу.

– Надо идти воевать! - твердо воскликнул звездочет.

– В леса надо убегать, - крикнул кто-то.

Толпа согласно загудела и засуетилась. Народ с явным намерением отправлялся паковать вещички. Кто собирать домашнюю утварь, а кто - ограбить королевскую казну.

– Стойте! - повелевающий тон заставил людей вернуться взглядами к постаменту виселицы.

Рядом с астрологом устроился Тлумплин. Он только что влез на "эстраду", поддерживаемый за задницу десятком рук своих монахов.

– Поскольку я единственный обладаю здесь властью, - заявил епископ, - то предлагаю следующее. Пока Хатланиэлла и Эквитей воюют между собой, мы спокойно запасаемся провизией и запираемся в столице. Если придет королева - попытаемся отбиться.